Итальянские каникулы. Чао, лето!

– Первый кадр пробный, – объяснила я Митьке и сфоткала асфальт с кусочком разметки.

Снимок вылез с жужжанием.

– Держи, – подала я его Митьке, – и смотри на волшебство.

На черном квадратике начали проступать очертания желтой полоски.

– А теперь меня.

Я оглянулась. Ракурс был не очень. Кажется, что в домах только начали капремонт. На одном висели строительные леса, другой – слишком серый, даже на июльском солнце. Ладно, какая уж есть, эта Венеция. Все равно недолго осталось.

Я подняла руку вверх и сложила из пальцев латинскую «V». Митька поднял камеру и сразу прокричал «три».

– Ура! – вместо спасибо сказала я и спрятала еще не проявившейся снимок в рюкзак.

– …оненко, …равина! – наши исковерканные фамилии иринимым громкоговорящим голосом врезались в нас.

Митька развернулся и побежал, а у меня как назло рюкзачный карабин словил глюк и никак не застегивался. Пришлось приспособить рюкзак спереди и на двойном ходу догонять группу. Ирина начала отчитывать Митьку.

Он щурился, и было непонятно, то ли он ухмыляется, то ли слезы сдерживает. Жалко друга. Но делать нечего: мальчики всегда впереди, и в беге, и в виноватых. Я пристроилась рядом с незнакомой девочкой, пытаясь вернуть карабину его законное место.

– Давай я, – хронически-ангинным голосом сказала она и за полсекунды вытащила и защелкнула все откуда не надо куда нужно.

– Спасибо, – выдохнула я.

Рюкзак словно бы даже стал легче. Я накинула его на плечи.

– Рита, – представилась «больная».

– Кэт, – представилась я, ее, вероятно, будущий лечащий врач.

– Вы вместе? – она кивнула на Митьку, который стоял рядом со Ириной, записывающей что-то в блокнот.

– Мы из одного города, вроде вместе, да.

– А я с Ромой, – и она показала пальцем на мальчика в носках почти до колена. – Будем дружить семьями.

– За мной! – скомандовала Ирина, и я не успела возразить, что мы с Митькой не того, не так сильно вместе. – Травина, не отставай! Здесь тебе не дом.

 – Ирина держала Митьку за плечо. Он повернулся ко мне и сжал кулак за ирининой спиной. Молодец, в обиду себя не даст.

Я опустила голову.

– Она теперь со мной! – крикнула Рита, подхватила меня под руку и потянула за собой.

Я смотрела на свои ноги в черных босоножках. Я шагала по Венеции, где только что чужая девочка спасла меня от мегеры-переводчицы.

Группа остановилась, сбилась в кучу и ждала указаний переводчиц.