Итальянские каникулы. Чао, лето!

Но в тот самый счастливый момент мне вдруг захотелось убежать подальше и забыть про висящие рыжие уши и длинный нос с розовым кончиком, которые только что впервые услышали мой голос и учуяли, что у меня лимонная эфирка на запястьях.

Я ведь… умела предвидеть и гороскопы читала. А бабушка нет. Поэтому потом и не заладилось. И в этом «не заладилось» мы с бабушкой, Лёлей и Эдиком прожили и продулись друг на друга все известные сезоны.

Потому что нельзя дарить собаку, не спросив.

Потому что нельзя вернуть собаку обратно на улицу.

Потому что собака не может закрыть дырку в душе.

А потом пришло следующее, то есть уже это лето. И следующий, то есть этот день рождения. Перед которым все и закончилось: Ролли потерялся. Мы отвезли его к бабе Маше, в квартире жарко, а там ему – воздух и воля. Он и воспользовался.

– Стоило чипировать его. Как это я не подумал, – слишком строго произнес Эдик, когда я прибежала к нему с новостью о пропаже.

Баба Маша растрогалась и все повторяла:

– Он от нас убежал, от нашего равнодушия!

Завтра мой день рождения, и я наконец смогу постричься «лесенкой» и надеть босоножки на платформе.

А еще накрашу ногти и губы, и такая красивая выйду во двор. На день рождения я собираюсь пригласить в гости всех своих дворовых подруг. Может поэтому я и не плачу? Уже представляю, как мы будем разговаривать о мальчиках, и я обязательно спрошу, какие им нравятся, а свой идеал, понятное дело, не выдам. В прошлом году я его не отмечала – Лёля все время была занята: то работой, то снова ей.

А сегодня нужно сделать важное дело – отвезти документы для программы, потому что через десять дней я снова улетаю в Италию. Я хотела остаться дома, грустить и ждать Ролли у окна, но как я объясню важным тетям-организаторшам причину своего отсутствия? Нет, они не поймут. Собаки бы поняли, а люди – навряд ли. Поэтому я плетусь куда надо. Эх, лучше бы осталась: на ступеньках первого этажа спотыкаюсь и падаю. Аккурат лицом о кафель.

За какие-то минуты нос опухает, под глазами «рисуются» синяки, в голове образовывается болото. Мое лицо действительно отражает тоску, и никто из программы не задает лишних вопросов: боятся, наверное.

Дня рождения у меня опять не было. Лёля решила, что я слишком много пережила за последние дни. Мол, собака потерялась, стоит проявить уважение. Нос у меня по-прежнему болел, лицо стало похоже на страшную карнавальную маску, и я уступила.