Плата за роль Джульетты

Без песен жить не в радость ей…»

Чудесный Лель, очарованный музыкой и Снегурочкой, он всегда ассоциировался у меня с теплом, солнцем, фантастическими лугами, ромашковыми венками девушек, древними русскими теремами и гениальной музыкой Римского-Корсакова.

Голос мой пролился на поля, растворяясь в чистом воздухе, в вечернем розоватом свете, и в какой-то момент я испытала даже счастье…

Но все закончилось так же неожиданно. Моя Снегурочка замолкла, словно горло ее сдавила чья-то ледяная и сильная рука.

А потом словно дождь пролился на ветровое стекло – это были мои слезы. Они мешали следить за дорогой, которая становилась сложнее, машину просто подбрасывало на кочках, мне было страшно представить себе, что будет, если отвалится колесо или машина вообще развалится на части от моей безумной гонки. А ведь за мной никто не гнался, кроме сонма несчастий.

Если я застряну здесь, в поле, рассуждала я, то кто меня здесь найдет? Ведь я же выбирала заброшенные, заросшие дороги, заезжала в лес, а иногда и просто тряслась по бездорожью, по сухой и твердой поверхности заросших травой и осенними цветами лугов, где дорога была лишь слегка обозначена.

В какой-то момент я поняла, что совершенно выбита из сил. Я остановилась в тенистом лесу, погрызла печенье, запивая водой, потом, вспомнив о пакете с вещами, одолженными мне моей мучительницей в маске, выбросила его в кусты и снова двинулась в путь.

На внутренней стороне дверцы машины я нашла старую, потертую, в жирных пятнах карту автомобильных дорог.

Все вокруг меня уже клубилось темно-синей вечерней дымкой, приближалась ночь. Я выбралась из леса, заметив, как совсем рядом с мягкой, устланной хвоей дорогой блеснуло отражением лилового неба небольшое озеро.

Машина выкатилась на ровную, утрамбованную и присыпанную щебнем дорогу, где белой светящейся краской на голубом фоне указателя обозначился следующий населенный пункт: «Синее Болото».

От удивления, что могут существовать деревни и с такими жуткими названиями, я даже, помнится, закашлялась. А что, подумалось мне тогда, если я умерла там, в том доме, и теперь вот перенеслась в какое-то другое измерение, где существуют и такие деревни. Что, если все это другая реальность, и теперь мне как бы нечего бояться?

Эта мысль придала мне силы.