В поисках меча Бога Индры. Книга вторая. Сеча за Бел Свет

Мальчуган ищё раз повторил про собе поведанное Богом и звонко загреготал, радостно и громко. Утак, абы тяперича, непременно, пробудилися соотчичи и узнали, чё разгадка у его руках. Узнали и поклонились великому Богу, который защищаеть, даруеть и любить Бел Свет и кажного кто туто-ва живёть… не важно человек ли то, зверь, птица, жучок, деревцо або мала травинка.

– Аття! Аття Асур Ра! – загамил отрок… громко… громко… шоб непременно вуслыхал Бог. – Аття тобе за помочь!

Мальчик шагнул уперёдь, словно жёлал у тем шагом, покрыть дальни дали до Ра и низко до самой оземи поклонилси Асуру, дотронувшись рукой до мокрых трав да встряхнув с них остатки радуги-росы, перьливающейся семью цветами, униз.

– Борюшенька, чаво… чаво тако стряслось? – обеспокоенно гикнул Сом и поднялси с землицы, встав на ноги.

Мальчуган ищё раз поклонилси Ра, и кадысь увидал аки Бог широкось просиявши, чуть заметно кивнул ему у ответь, развернулси и побёг униз с пригорка к Сому, размахиваючи на ходу кугиклами.

– Усё… усё… ведаю то имя меча Индры! Ведаю! – кликнул малец, подбежавши к Сому и раскрывши объятья, крепко обымал того. – Ведаю, дядька Сом. Мене Ра егось молвил… эвонто як.

– Вжесь енто точнёхонько гутаренто, эвонто як, – нежно прижав к собе мальчика и погладив его по вихрастым, густым волосьям, согласилси Сом. – А я позорути вроде як радуга из небушка на оземь впала.

– Впала… впала, – вторил воину мальчуган, и, втянул в собе знакомый, и ставший точно родным запах Сома, да тутась же выскочив из егойных объятий, обозрел обступивших их соотчичей. – И Ра мене молвил… Помог мене, от то б я бы николиже не докумекал… николиже.

– Значить надоть и нам поблагодарить Асура, – заметил Былята и первым из спутников поклонилси восходящему Солнцу, зычно сказав, обращаяся к Богу, – аття великий Ра за твову помочь! Светишь ты нам из году у год, из веку у век, пособляешь и спасаешь… щедро даришь тепло и жизть! Благодаря доброте твоей божественной живём мы у Бел Свете! Аття тобе за усё то чё даруешь по теплоте своей души нам! – прокалякал тот говорок Былята и ащё раз преклонилси пред Асуром.

А следом за ним усе другие воины, и ано соня Гуша, токмо абие подскочивший с лежака, и конча Борилка поклонились Богу, благодаря за столь неоцениму помочь да признавая евойну доброту и величие.