Проклятие Клеопатры

Она осталась где-то там, в галерее… Было только тело, которое ей самой напомнило весенний зеленый бутон. Еще немного солнца, тепла, и она лопнет, распустится цветок, на который сядет золотая пчела… Шорохофф стал ее первым мужчиной.

На другое утро в дверь позвонили, Юра в шелковом халате пошел открывать. Она слышала мужской голос. Спряталась под одеяло, подумав, что пришел любовник и покровитель Юры. А что, если он устроит ему сцену ревности, увидев в его постели девушку?

– Тссс… – Юра провел своего гостя в комнату.

Зоя замерла. Что сейчас будет?

– Давай, показывай… – услышала она и, кажется, перестала дышать.

– Клади сюда, на столик… Матерь Божья, какая красота! Это настоящие изумруды?

Зоя и сама не поняла, как она сдернула с головы одеяло и поднялась, села на постели. Юра и его приятель, невысокий и очень сутулый молодой человек с белокурыми волосами и ангельским лицом, еще не знавшим бритвы, разглядывали разложенное на столике колье с зелеными камнями.

– Нет, конечно, откуда у меня такие изумруды… Это как бы эскиз, стекляшки… – ответил Ангел.

– Доброе утро, – заявила о себе Зоя, выползая из постели в пижаме и усаживаясь напротив молодых людей. – На самом деле, очень красиво!

– Зоя, познакомься, это Вик, мой друг, ювелир. Он учится ювелирному делу у одного человека, тоже моего знакомого. Вот готовит ему сюрприз. Если повезет, то этот эскиз будет использован для работы уже с настоящими, драгоценными материалами.

– Хотите примерить? – Вик взял колье и протянул Зое.

– Розовая полосатая пижама и колье с изумрудами?.. – улыбнулась она. Однако колье приняла и приложила к груди, расстегнув несколько пуговиц. Юра поднес ей зеркало. – Очень красиво. Пообещайте мне, что, когда это колье обретет настоящие изумруды, вы покажете его мне.

– Обещаю, – Вик улыбнулся ей.

Нет, он не был покровителем Юры. Просто друг. Талантливый, как и Юра.

– Ни пуха! – сказал ему перед уходом Юра, закрывая за ним дверь.

– У него руки золотые, – сказала Зоя. – Очень красивое колье получилось. Какое-то необычное, рисунок словно взят из природы, что я очень люблю… Листья, бутоны… и все такое несимметричное, оригинальное… Хорошо бы еще найти изумруды разных оттенков, для бутонов посветлее, а для уже распустившихся листьев – потемнее…

– Ну что, красавица, кофе?

– Нет, чай с молоком, если можно, – сказала Зоя, заботясь о ребенке Шорохоффа.