Истории для взрослых и не очень

– Что вполне?

– Неплохие яхты, – сказала она тоном искушенного человека.

– Да, вот как-то так, – я скромно опустил голову.

– Какая же из них наша? Я хотела сказать, та, на которой мы пойдем.

– Вон та беленькая, на ней. Да, на всякий случай. Количество приключений зависит только от тебя… Управлять яхтой я не умею.

– То есть ты знал, что это умею делать я?

– Да, я в этом не сомневался. Даже если бы тут стоял крейсер, я бы не удивился, узнав, что ты на нем капитан.

Вручив взяточнику-сторожу положенную ему мзду, мы пошли к яхте.

– Присмотрите за синим Пежо, пока нас не будет, – попросил я сторожа.

На яхте у Кати подичали глаза.

– Ты готов?

– Да. Но я не умею плавать.

– Не ври. Умеешь. Поди, струсил.

– Нет, меня просто укачивает. Все, на что я тут способен – это найти тебе капитанскую фуражку.

В рундучке под лохматым свитером ее прятал хозяин яхты, мой друг, полуолигарх Саня. Белая, расшитая золотом, с коротким козырьком, она очень шла Кате. На воде было свежо.

– Голову беречь, – негромко скомандовала Катя, пересаживаясь на другой борт. Над моей головой пронеслась рея.

– Экстремалка, – с негодованием сказал я, когда Катя в очередной раз, делая крутой поворот, заставила меня откидываться назад.

– Катя – ой, простите – кептен, на этом судне, кроме опасных для здоровья маневров, предусмотрено что-нибудь соразмерное с простым человеком, например, перекус? А то как бы перенасыщенность впечатлениями не отразилась на качестве других радостей жизни.

– Пошли, – послушно сказала Катя.

– Тогда нам вон на тот мысок.

Мы пристали к узкому дряхлому бону. Берег выглядел приветливым. Крохотный березовый лесок на невысоком обрыве был на удивление чистым, если не считать старого костровища. Наш парусный кораблик без Кати погрустнел.

– Тут вряд ли найдется что-нибудь, из чего можно устроить костер, – пожалел я.

– Это хорошо, я не люблю костров.

– Почему? Это же уютно. Посидеть, посмотреть на огонь.

– Сережа, я видела, как горел бабушкин дом. Она этого не пережила.

Катя стояла, прислонившись к березе. Моя Катя. Красивая, умная, любимая. Куда она смотрит, что она видит?

– Сережа, там в сумке бутерброды.

– Да бог с ними, нам все равно километра через три-четыре приставать.

Я подошел к Кате.

– Хорошая моя, что с тобой? Что ты там видишь?

Она повернула ко мне голову.