Рукопись, написанная кровью

* * *

Александра Ивановна Бродягина встретила Юлю на пороге – чувствовалось, что она ждала неожиданно объявившуюся в городе и позвонившую ей Земцову с нетерпением.

Увидев, что Юля пришла не одна, она вопросительно взглянула на молчаливо стоящую рядом с ней девушку.

– Это наша сотрудница, – вынуждена была обмануть Юля, чтобы оправдать присутствие Аперманис. – Александра Ивановна, вы, верно, удивлены моим приходом…

– Я очень рада, – сдержанно пробормотала убитая горем мать, предлагая гостьям кресла, – я слышала о вас и примерно такой и представляла… Вас ведь прислал Крымов? Он сказал мне, что сильно занят, что у него обязательства перед другими клиентами, упомянул о вашем отсутствии, поэтому я не удивилась вашему звонку.

– Тем лучше, – произнесла Юля, поразившись столь странному стечению обстоятельств: ведь она пришла сюда в первую очередь из-за самого Крымова, чтобы узнать у Бродягиной, не знает ли она что-либо о причине его исчезновения, и чтобы понять, не связано ли это исчезновение с убийством ее дочери.

Но уже находясь здесь и глядя в глаза женщине, расценивающей визит Земцовой как появившуюся реальную надежду найти убийцу дочери, разве сможет она сейчас бросить ее? Но Крымов-то смог…

– Значит, Крымов отказался работать, сославшись на загруженность? – Юля старалась говорить сухо и деловито, хотя наполнившиеся слезами глаза Бродягиной вызывали в ней сострадание и боль.

 – Это все, что он вам сказал?

– В общем-то, да, – развела руками Александра Ивановна. – А я ведь была готова заплатить ему, потому что деньги у меня были… Они и сейчас есть, остались от Мариночки…

– Александра Ивановна, дело в том, что я пришла сюда, к вам, не потому, что меня прислал Крымов, а потому что с Крымовым что-то случилось, он исчез вместе со своими сотрудниками, а агентство, я имею в виду его офис, сожгли дотла, понимаете?

В квартире стало очень тихо.

Александра Ивановна, тихонько ахнув, обхватила ладонями побледневшие щеки и покачала головой:

– Я не знала, вы извините меня, но я действительно первый раз об этом слышу… Да и как я могла об этом знать, если телевизор не смотрю, газет не читаю, да и вообще практически не выхожу из дома… Я не могу никак прийти в себя из-за смерти Мариночки.