Из блокнота памяти

В одном месте ветхий заборчик ходит ходуном, прогибается под тяжестью огромного пса, который бросается на него всей своей тушей, встаёт на задние лапы так, что рычащая, лающая пасть оказывается у самого лица Ксении. Если отпрянешь, полетишь в пруд…

Ну вот, отошла ранняя литургия. На площади возле ворот Лавры стали собираться просящие милостыню. Ещё не рассвело. Ксения вышла из ворот, повернулась, чтоб перекреститься. Ветер опять сшиб её с ног. Асфальт покрыт коркой льда, и дерматин скользит по ней.

– Мама, а почему тётя всё время падает? – Слышит над собой Ксения детский голос.

Она поднимается на ноги и смотрит в сторону источника этого голоска. В полумраке трудно полностью разглядеть фигуры матери и девочки лет четырёх. Виден только платок, повязанный крест-накрест…

– У тёти ножки больные, ей ходить трудно, да ещё, видишь, как скользко? – поясняет мать.

– Мам, а давай помолимся, чтоб она больше не падала.

– Ну, давай.

Проси Господа.

– Господи! Сделай так, чтоб тётя не падала…

Ксения всего не услышала. Да и в тот момент ей было не до умиления… Воображение рисовало слюнявую пасть…

Она побрела по площади. Потом началась тропинка. Девушка шла всё быстрее и увереннее… Вот и «то» место… За забором пёс шумно втянул воздух и… Убрался восвояси! Это произошло впервые… Ксения остановилась, повернулась в сторону Лавры и перекрестилась.

Ксения больше так и не встретила ту девочку и её мать.

Она прожила в Сергиевом Посаде ещё три дня. Больше она не падала…

Тридцать семь

– Да промойте ей желудо-о-ок, – уже не кричала, а стонала Лиза, сидя на своей кровати и раскачиваясь из стороны в сторону, глядя на серое лицо Алёнки в обрамлении чёрных кудрей. Хрупкое тельце хохлушки ещё вздрагивало в судорогах. Глаза уже закатились, губы оставались странно-алыми.

Над кроватью стоял молодой дежурный врач, растерянно смотрел на Лизу и, как бы убеждая её, повторял:

– А вдруг это от ДЦП?…

Он – ведущий инженер НИИ химии, женат, двое лапочек-дочек.

Ему под сорок. Душа компании… Там, где он появляется, становится шумно и весело. У него парез ноги. Но это не мешает ему оказываться почти сразу в нескольких местах.

Алёнка из-под Донецка. Красавица-украинка двадцати семи лет. Здесь, в городской клинической больнице Москвы она уже два месяца.