Фантомы Черноморской кинофабрики

Так, может, ты сама напишешь заявление об уходе? А?

– Вот что я тебе на это скажу, – произнесла Татьяна Васильевна, вновь водружая очки на нос и принимаясь за бумаги. – Ты посмотри на это проще.

– Это как же? – удивился Вознюхин прохладному и не нервному тону начальницы.

– Ну, например, с точки зрения западно-европейского анус-лизинга, о котором так любил говорить О. Бендер, – усмехнулась Неворская.

– Не понял, – пролепетал Вознюхин, выпучивая глаза от напряжения мозгов.

– Пошел ты в жопу, идиот! – закончила Татьяна Васильевна с прямотой, присущей только советской интеллигенции. – А когда дойдет до тебя, то и дверь за собой закрой. Понял?

Надо ради справедливости заметить, в то время и впрямь союз кинематографистов, которым руководил Мстислав Купий, упомянутый выше, инерционно мог влиять на назначения, время от времени происходящие на Черноморской кинофабрике. Татьяна Васильевна Неворская, женщина бальзаковского возраста, считавшая себя наследницей интеллигентских устоев советских рабочее-крестьянских времен, получила этот пост именно благодаря таким интригам и доносам.

Общество кинематографистов, что обустроило себе гнездо на кинофабрике, не устраивала кандидатура ее предшественника Мамалыгина, которого вся «братия от софитов» считала мудаком и вором, хотя таковым он и не был. Ну, может, приворовывал иногда, но делал это всегда осторожно и с оглядкой, не подпуская к своим делишкам никого, но и никому не мешая.

Видимо это и задело. А, как известно, добрые дела никогда не остаются безнаказанными. Так и Мамалыгин поплатился за то, что не написал доноса на одного из уж очень уважаемых режиссеров, после того как заметил последнего за неосторожным приворовыванием музейных экспонатов. В ответ получил целую компанию по ликвидации себя, как директора. В этой комбинации принимала участие и Татьяна Васильевна, поверив посулам Мстислава Купия. Дельце это они лихо обтяпали, но на беду Неворской об всем этом узнал Вознюхин и не приминул этим воспользоваться с пользой для себя любимого.

Лихо и, даже, ловко шантажируя Татьяну Васильевну, потомок доблестного чекиста не помнящий родства, вырвал для себя сначала должность начальника цеха съемок, а затем ложным доносом в известные органы довел до инсульта начальника подразделения осветительной техники.