Не догоняй давно ушедший поезд. Рассказы

Да и Коля, окончивший Белорусский государственный университет культуры и искусств и ставший преподавателем гимназии в белорусском городе Вилейка, давно уже не Коля, а Николай Михайлович. Это как раз тот случай, когда ученик превзошёл своего учителя. Но случай не единственный: среди её выпускников есть филологи и журналисты, директора школ и преподаватели вузов.

Вера Николаевна протирает очки, опять долго вглядывается в фотографию. Конечно же, это не Коля, а Николай Михайлович, но в её памяти он так и остался тем же добрым, застенчивым мальчиком с открытым взглядом почему-то всегда немного грустных глаз.

И сегодня не Николай Михайлович, а именно Коля Иваненко, преодолев расстояние почти в полвека, пришёл к ней прямиком из своего детства и её невозвратной юности.

«…я так долго искал Вас и, наконец-то, нашёл! Хотя Вы, наверное, меня и не помните…»

«Здравствуй, Коля! Я помню тебя, я помню всё…

Спасибо тебе, мой милый мальчик, за добрую память обо мне, которую ты пронёс через всюжизнь…»

***

А годом ранее её нашла Света.

Та самая «серая мышка». Признательные строки её письма чередовались с горечью невосполнимых потерь и заставили Веру Николаевну иными глазами взглянуть на то, что она выжигала калёным железом из своей памяти вот уже много лет. Оказывается, это так просто – выплеснуть с водой ребёнка.

Света, сама ставшая не только матерью четверых славных детей, но даже уже и бабушкой, никак не может смириться со смертью матери. Да и как смиришься, если мама ушла из жизни такой молодой, такой красивой!

А боль в душе, как пламя

Не гаснет много лет,

Сходить бы в гости к маме,

Да мамы больше нет.

Вот и Вера Николаевна тоже никак не может поверить в то, что нет Любы, подруги её задушевной.

И я уже не в силах

Хоть что-то изменить,

Осталась лишь могила – связующая нить,

Да память в сердце самом…

Да, память осталась. И не только у Светы. И не только память. Осталась и благодарность к этой женщине за то, что она была.

***

Они жили по соседству и дружили семьями. Со стороны это выглядело, наверное, странно, потому что людей, более разных по складу характера, сыскать совершенно невозможно. Амбициозная, вспыльчивая Вера Николаевна, бой-баба с распахнутой настежь душой, и полная противоположность ей – Люба, мягкая, уступчивая, спокойная, рассудительная, а интеллигентности в ней было многим более, чем у её высокообразованной подруги.