Свергнутая с небес

Но если предположить самое худшее, что этого человека убила его же собственная жена, то она сделала это грубо, словно нарочно, чтобы навлечь на себя подозрение… Или же кто-то подставил ее».

«Вообще-то она была его сожительница. Они не были в браке», – заметил Шубин..

«Это не имеет значения. Они жили вместе», – ответила она.

«Послушай, милая, тебе что, совсем спать не хочется, ты так подробно расспрашиваешь нас об этом совершенно неинтересном, на мой взгляд, деле?» – спросил Крымов.

«Сейчас это единственное, что меня интересует, честное слово.

Такая скука, ты не представляешь себе…»

«Ладно, ребята, я исчезаю… Ты молчишь, ничего не отвечаешь, значит, вам есть что сказать друг другу…» – Шубин обиделся и ушел.

«Игорь, ты куда пропал? Я же пересылала тебе все наши разговоры… Тебе неинтересно?»

«Я пошел спать. Устал очень. Как-нибудь в другой раз мы, Юля, поговорим с тобой без свидетелей. Я хотя бы выскажу тебе свое мнение по этому делу. Крымову кажется, что оно неинтересное, а я чувствую, что это убийство непростое.

И что нам с ним придется повозиться. Да и сам факт того, что в раскрытии этого преступления заинтересована племянница, тоже меня настораживает. Ведь это же очень большие деньги – три тысячи евро. А она простая вышивальщица».

«Значит, не такая уж и простая… К тому же она может вышивать для церквей и монастырей… Понимаешь?»

«Думаешь, она вышивает золотом?»

«Может, и так, но все равно не признается. Скажет, что вышивает крестиком ночные сорочки для миллионерш».

«Ну так я пошел спать?»

«Куда ты пропала, Земцова?»

«Игорь, спокойной ночи».

«Крымов, Игорь отправился спать. Может, и нам разбежаться?»

«Да мы уже и так разбежались друг от друга – дальше некуда. Так ты будешь говорить с Патриком?»

«Спокойной ночи».

Она отключила компьютер и какое-то время еще сидела за письменным столом, не зная, что предпринять – пойти ли спать, посмотреть ли телевизор или позвонить Мажимелю. Он не звонил ей уже часов шесть. Это на него не похоже.

Но, если он не звонит, значит, не хочет или не может. Такого еще не было, чтобы он не хотел ей позвонить, услышать ее голос, увидеть ее… Он был страстно влюблен в нее и находился в том пьянящем состоянии, в котором находятся молодые любовники в самом начале романа. Когда от поцелуев немеют губы, а после страстных объятий саднит истертая до сукровицы плоть…

Она вышла из кабинета, выключив лампу, и в полной темноте двинулась в сторону спальни Патрика.