Тарантелла, или Танцы с пауками. Поцелуй тарантула и закрой глаза…

Что с ней могло случиться?

– Поехали, посмотрим… Валя, или лучше сделаем так… Сейчас нас Люся поселит в Зосином доме, и ты делай там что хочешь, а мы сходим на похороны, идет? – И, обратившись к Люсе, – он неразговорчивый, поэтому имей это в виду…

Они въехали в Вязовку и остановились возле большого, красного кирпича, дома, аккуратного, огороженного прозрачной сеткой-рабицей, за которой виднелся уснувший на зиму белый сад и крыльцо дома, высокое, добротное, возле которого в будке виднелась мощная голова раскормленной немецкой овчарки.

– Вот это голова, представляю, какой конь, а не пес… – Наталия дождалась, пока Люся откроет ворота, заехала во двор, почти упершись в летнюю кухню и давая возможность заехать Валентину.

Люся отперла дверь дома и помогла Наталии занести вещи.

– У нее что, и ванна есть?

– Да. У Зоси хорошо… Ее покойный муж обустроил ей все так, что ничуть не хуже, чем в городской квартире.

Поставив чемодан и сумки на пороге, Наталия пошла осматривать дом.

Пять больших комнат с самодельной простой мебелью, паркет, ковры… Не таким она представляла себе дом сельской учительницы.

– Да здесь целые хоромы… Ты мне только объясни-ка еще раз, какое отношение ты имеешь к этой Зосе, и я оставлю тебя в покое…

– Я ее близкая подруга. Она доверяет мне, как себе. Вот и все. Поэтому можете чувствовать себя здесь спокойно. Она не вернется еще месяц, а то, может, и больше… Говорю же, ей прислали письмо из Польши, вроде там кто-то из ее родных умер… Я почему так туманно все объясняю, потому что и сама Зося Вольдемаровна так и не поняла, кто именно оставил ей наследство… Но ей, кроме письма выслали еще и деньги в долларах на дорогу.

– Я так думаю, что если у нее там дела заладятся, то она ведь может и совсем сюда не вернуться… Ты бы позвонила ей и спросила… Валя! Сходи в ванную и посмотри, как работает система водоснабжения… Потому что, если понадобиться включать электронагревательный котел, то включить его надо будет заранее, чтобы к вечеру была горячая вода…

– Я позвонила… – вдруг сказала Люся и глаза ее заблестели.

 – От тебя же, из твоей же квартиры и позвонила… Ты не помнишь разве, какой большой счет пришел за телефон?

– Нет, не помню… Я же с Фальком разговариваю, поэтому меня трудно удивить большими цифрами, а Фальк живет в Париже…

– Это тот самый, который занимается продажей твоих картин?

– Не столько моих, сколько Лотара.