Тарантелла, или Танцы с пауками. Поцелуй тарантула и закрой глаза…

– Такой молодой?

– Да. У него ужасная работа, поэтому надо только благодарить Бога за то, что Логинов не страдает манией величия и не зациклен на своей работе в том смысле, что лишний раз старается не говорить о ней…

– Кто бы мог подумать… Вот это мужчина!

– Между прочим, у него есть друг. Его зовут Сергей. Хороший парень, я бы вас познакомила, но это будет выглядеть как-то неестественно… Зато, и за него и за тебя я была бы уверена. Вы были бы прекрасной парой. Но знакомить вас не буду… Пусть все идет, как идет… Ты согласна со мной?

– Абсолютно.

Знаешь, я вот сейчас с тобой поговорила, и мне как-то легче стало…

– Я, честно говоря, не могу себе представить, как ты там

живешь… Да и вообще, какие у вас там развлечения?

– Никаких. Совершенно. А вообще-то в Вязовке в последнее время происходит что-то очень страшное… Осенью в лесу нашли нашу медсестру… Ее убили и закопали. Молодая, интересная девица… Никто ничего не видел, никто ничего не знает… А спустя пару дней в пруду всплыли два трупа: поварихи Надьки Орешиной и шофера Аверьянова.

– Ну и ужасы ты рассказываешь… Давай лучше спать… Утро вечера мудренее… Хотя я и сейчас тебе скажу… Можешь, конечно, смеяться надо мной, но мне после твоих рассказов захотелось в Вязовку… Представляю, какая там тишина и как много снега… Я еще ничего не решила, но ты мне все-таки скажи: ты не будешь против, если я погощу у тебя? Насчет своих проблем – не переживай, я все устрою… Но деревня, Вязовка – это такая экзотика!

– Ты что, серьезно?

– Вполне.

Но только после Нового Года. Вот поговорим завтра с Бланш, найдем тебе приличную квартиру и поедем… Я, заодно, помогу тебе собраться… А то ты так и останешься старой девой, а к пятидесяти годам, глядишь, отдашься какому-нибудь алкоголику-комбайнеру…

Глава 2

Красивая Люба

Андрей постучал в дверь и очень удивился, когда ему никто не открыл. В десять часов Люба всегда бывала дома.

Он обошел по скрипучему снегу дом и заглянул в окна: светятся, но никакого движения нет.

Не видно теней за занавесками, не слышно Любиного смеха… А ведь дом заперт изнутри.

Вязовка спала. Люди здесь ложились спать рано.

Голубоватый снег, казалось, отражал самый нежный тон зимнего ночного неба, усыпанного звездами.

Но Андрей ничего этого не замечал. Он должен был непременно попасть в дом и убедиться в том, что Люба там одна.

Люба Прудникова, 20-летняя доярка, несмотря на свою грубую работу, выглядела всегда как артистка.