Умри, богема!

– Я думаю, что у меня ничего страшного… Но снимок сделать все-таки нужно.

– Вот сейчас все и сделаем. Если вывих или перелом, я готов оплатить лечение, – сказал он серьезно.

В травмпункте меня приняли быстро, сделали снимок. Как я и предполагала, у меня обнаружили растяжение. Мне перебинтовали ногу, сказали, какие делать ванночки, и отпустили.

Я выползла из кабинета, страдая от того, что Лев Григорьевич, как звали моего нового знакомого, увидел меня в домашней одежде – джинсах и свитере, да еще и растрепанной.

Красавица – хоть куда! Да еще и с перебинтованной ногой!

Понятное дело, он собирался отвезти меня домой. Однако в машине он вдруг предложил мне поужинать вместе с ним.

– Вы что, Лева, белены объелись? – вдруг вырвалось у меня. Перед тем как Ванечка вез меня в ресторан, я собиралась часа два! Наряжалась, укладывала волосы, красилась. А тут во всем домашнем, затрапезном, лохматая – и в ресторан?

– Нет, никакой белены я не объелся, – рассмеялся он. – Просто хочу как-то загладить свою вину.

– У меня подружка дома. Болеет. Я хотела сбегать в магазин, чтобы купить ей молока. А сама уже два часа как отсутствую. Удивляюсь, почему она до сих пор не позвонила.

– Может, спит?

Я позвонила сама Марине. Она не сразу взяла телефон. Да, Лев был прав, она действительно уснула. Я в двух словах объяснила ей, что со мной произошло.

– Ну и вечерок выдался, – вздохнула моя Марина. – Хорошо, что только растяжение. Надеюсь, что до конца этого дня в Москве не случится землетрясения или какого-нибудь урагана.

Давай уже, возвращайся.

– Температура держится?

– Нет, аспирин сделал свое дело.

– Я задержусь, – зачем-то сказала я, успокоившись, что с Мариной все более-менее в порядке.

– В смысле?

– Мед забыла купить, – соврала я.

– Ну ладно… – зевнула Тряпкина. – Жду тебя.

– Так как насчет ужина?

Мы заехали в «Макдоналдс». Я решила, что мой свитер за триста баксов вполне подойдет для такого демократичного заведения.

За картошкой фри поговорили о разном. О погоде и гололеде, о мошенниках, которые прорываются на страницы в соцсетях и портят настроение гражданам, затем разговор плавно перешел на театральные подмостки. Оказалось, что Лев редко бывает в театре, считает эти походы непозволительной роскошью, потому что не так часто в его плотном графике можно найти свободный вечер. Я зачем-то рассказала ему о том, что была когда-то актрисой, о чем сразу же пожалела.