Во всем виноваты кувшинки

Однако самый большой шанс выкрутиться из ситуации и спрятаться понадежнее, у него был, если бы он вернулся к Миле. Наплетет ей с три короба, что ездил куда-нибудь к маме или тетке в деревню, а там заболел или помогал кому-то ремонтировать крышу, или копать колодец. То есть придумает такую причину, такую благородную отмазку, что Миле ничего другого не останется, как простить его и принять.

И она была просто потрясена, до мурашек (!), когда, чистя зубы, вдруг услышала звонок в дверь.

И несмотря на то что была ну очень большая вероятность того, что она все-таки реально совершила убийство и что это за ней могли прийти, она была почему-то относительно спокойна и откуда-то знала, что пришел Игорь.

Сплюнув мятную пену в раковину и ополоснув рот, она вытерла лицо полотенцем, надела домашние штаны, майку и подошла к двери.

Да, это был Игорь. Она теперь уже и не знала, плакать ей или смеяться. Состояние было близкое к истерике.

Часы показывали половину девятого утра. И он уже здесь. Интересно, как он добирался из Марфино: на электричке или на такси?

Она распахнула дверь и почувствовала, как губы ее, словно по команде, растягиваются в широкую улыбку.

– А… Это ты?! Сколько лет – сколько зим. Где пропадал?

– Да по делам ездил… – ответил Игорь неуверенно.

Выглядел он растерянным, волосы его, густые, волнистые, которыми Мила всегда восхищалась и любила проводить по ним рукой, лаская, теперь торчали в разные стороны, надо лбом и на висках были мокрыми, да и по лицу струился пот.

Нос, красивый, крупный, почему-то на кончике побелел. И над верхней губой, темно-красной (у него вообще необычный для мужчины красноватый цвет губ), тонкой полоской выступили бисеринки пота.

Красная трикотажная футболка под мышками потемнела. А джинсы висели на нем синим мешком. Словом, выглядел он ужасно. Какой-то неприбранный, грязноватый.

И совсем некрасивый! И почему она раньше этого не замечала?

– Пустишь?

– Да куда же я денусь-то? – ухмыльнулась она. – Проходи.

И тут, чтобы прямо с порога унизить его, сказала:

– Что-то ты немытый какой-то… От тебя пахнет…

Она знала, что он от злости даже зубами заскрежещет. Игорь, не в пример другим мужчинам, был на редкость чистоплотным. Мылся подолгу, мог просто часами намываться, приводить себя в порядок.