Вспомни обо мне

Он не хотел вспоминать тот вечер, когда с ней случилась истерика, когда она сказала, что совершила ошибку, выйдя за него замуж, что он – ничтожество.

Несмотря на свой профессионализм, парень копал долго. Так, во всяком случае, казалось Концевичу. Он стоял рядом, смотрел, как завороженный, на летящие комья земли и думал, как же могло случиться, что его жену, его нежную и красивую Веру, уложили в гроб и засыпали землей… И почему только люди не улетают после смерти на небо, как птицы?!

Леня много курил, матерился, когда на него попадала земля, мрачно и грубо шутил, забывая иногда, что они, по сути, глумятся над могилой.

Когда же лопата, наконец, стукнулась о крышку гроба, Концевича стошнило.

Рабочий по его просьбе отошел от вскрытого гроба, Анатолий посветил фонарем.

– Она была в белом платье, – сказал он хриплым голосом. – А здесь… джинсы… черный свитер… Если я, конечно, не ошибаюсь… Леня, смотри… черные короткие волосы…

Охрименко отшатнулся от гроба, судорожно схватил пачку сигарет, достал одну, чиркнул зажигалкой, закурил.

– Нехорошая история получается, Толя. Мужик там. Понимаешь? Му-жик. А та баба, что шатается по городу с молодым парнем, – твоя жена, Веерка. Я уж не знаю, как так могло получиться, но ты сам видишь – в гробу ее нет.

– Вижу. Вот только не понимаю, как мне к этому относиться. Обрадоваться, что она жива? Но тогда кого же мы похоронили? Ведь она выглядела, как покойница. И не шевелилась, и вроде бы не дышала.

– Говорю же – нехорошая история. Ты у Марка был?

– Был.

– А теперь срочно позвони ему. Мы с тобой тут преступление совершили, могилу осквернили… А теперь надо бы задним числом получить от прокуратуры разрешение на эксгумацию трупа, понимаешь?

– Понимаю. Слушай, Леня, я весь дрожу. Как бы я сам тут копыта не отбросил. Так хреново мне…

– Да любому будет страшно. Успокойся. Думаю, мы все правильно сделали. Зато теперь у нас, когда Марк поможет нам все юридически правильно оформить, есть доказательство того, что Вера осталась жива, и что та дама, что разгуливает по городу и покупает, мать ее, виноград – не кто иная, как она…

– А как же тот доктор? Он что же, не видел, что перед ним живая женщина?

– Возможно, не видел, а может, она подкупила его, чтобы он сказал тебе, мол, умерла.

– А это еще зачем?

– Хороший вопрос. Но чтобы ответить на него, для начала было бы неплохо тебе с него встретиться.