Выхожу тебя искать

 – Проснись, очнись… Куда это ты все смотришь?

Юля провела ладонью по влажному лбу и улыбнулась:

– Женя, по-моему, я влюбилась во-он в того пианиста… Он просто чудо что за музыкант… Глядя на него, чувствуешь себя ущербной, неполноценной, честное слово… Он с такой легкостью колдует у рояля, словно инструмент – часть его тела… А как он красив!

– Послушай, Земцова, тебе не кажется, что ты ведешь себя по-хамски… Тебя приглашают в ресторан…

– Крымов, не мешай мне слушать музыку, не то я сейчас же уйду… Запомни, Женя, самое худшее, что только может случиться в отношениях между мужчиной и женщиной, – это чувство собственничества.

Я не твоя собственность, и будешь ко мне приставать, я действительно уйду в адвокатуру, а то и вовсе выйду замуж…

– Ты ненормальная, тебя тянет то на стариков, каким был Ломов… – Юля вздохнула: он был прав, имея в виду министра экономики области Ломова, за которого она чуть было не вышла замуж. – А теперь тебя потянуло на малолеток…

– Если ты считаешь, что пианист – малолетка, то кто же в таком случае я? Мы с ним примерно одного возраста, просто он очень худ, но зато как импозантен!

– А что Шонин? – Крымов решил уйти от греха подальше и переменить тему разговора.

Уж лучше говорить о деле, чем об этом пианисте. – Он не хочет, чтобы мы снова взялись за его дело?

– Не знаю… Ведь Инны-то все равно не вернешь… К тому же, согласись, в поезде у него было предостаточно времени, чтобы поговорить со мной на эту тему.

Ведь не каждый же день встречаешь частных детективов?

– Но мне что-то не очень верится, что он приехал сюда, в нашу тмутаракань, только лишь для того, чтобы помянуть сестру… Деловые люди так не поступают.

– А мы можем проверить.

Она поймала себя на том, что к ней постепенно возвращается та самая страсть, которой она была охвачена целый год и благодаря которой так неутомимо вела расследования. Страсть профессионала сродни охотничьему азарту, но в чем-то и больше, выше ее.

Юля не могла определить ее словами.

После фиаско, какое она потерпела, будучи адвокатом и защищая Зименкова, который, кстати, как оказалось, никого и не убивал, она пришла работать к Крымову и первое время мучилась. Мучилась оттого, что надо было во всем подчиняться Крымову. Но что больше всего ее раздражало, так это постоянные отчеты о проделанной работе и, главное, о количестве потраченного бензина, вернее, денег на бензин.