Женщина-ветер

Не слишком ли примитивно, господин следователь, вы ведете следствие? Если бы так вот хватали всех, кто окажется с ножом в руках (кармане, сумке) на месте преступления, то у вас была бы стопроцентная раскрываемость, премии опять же…

Я повернула голову и встретилась глазами с Марком, который спрашивал меня взглядом, зачем он мне понадобился, если я сижу вот тут и наговариваю на себя… Разве не понятно, милый Марк, что мне нужно было просто время на обдумывание ситуации? И этого часа, пока ты добирался до прокуратуры, мне вполне хватило на то, чтобы собраться с мыслями.

Прости меня, что действовала самостоятельно, я не могла, пойми ты, не могла выдать Беатрисс…

– Получается, – между тем размышлял вслух незадачливый следователь, – Пожаров позвонил вам, когда почувствовал нависающую над ним опасность… Кто-то еще был в квартире, возможно, даже убийца.

Он впустил его в дом, но потом что-то случилось, может быть, ссора… И он позвонил вам.

– Я не знаю, что случилось, но я тотчас приехала…

– На чем вы приехали?

– На машине, – удивилась я. – На чем же еще?

Понятное дело, я откровенно издевалась над ним, чтобы вывести его из себя. Что еще оставалось мне делать в моем положении, когда я теряла даже Марка?! Я была уверена, что он откажется от моей защиты.

– Вы взяли такси?

Такси при большом старании можно вычислить.

– Нет, я остановила первую попавшуюся машину, даже не помню марку, – отрезала я все пути к установлению истины.

– Скажите, что вы подумали, когда он вам позвонил? Вы ничего не предполагали, пока ехали к Пожарову?

Я вспомнила опухшие глаза Беатрисс, когда она взмолилась, чтобы я поехала с ней.

Видел бы он, следователь, ее прекрасные, полные слез глаза, он бы сам не выдержал, приехал бы сюда, упаковал тело Захара в ковер и вывез на собственной машине на какой-нибудь пустырь…

– Предположила, что Беатрисс…

– Постойте, кто?

– Я сказала, что подумала в первую очередь о моей подруге Берте, о том, что она заболела, – убитым голосом проговорила я.