Кастрюлька с неприятностями

Капюшон снова упал на лицо, и я так и не поняла, откуда на макушку свалился тяжелый удар…

Очнувшись, я почувствовала сразу множество неприятных вещей.

Во-первых, зверски болел затылок. Во-вторых, пошевелить руками не получалось, из чего стало понятно, что они связаны. К счастью, совсем не больно, чем-то мягким и спереди. В-третьих, было душно и пахло пылью, старыми книгами и почему-то ладаном. Сразу очень захотелось чихнуть. Ну и, наконец, в-четвертых, вокруг было темно. Разумеется, я сразу открыла глаза.

Я же не была героем авантюрного романа, который, очнувшись со связанными руками и подвешенным за ноги над пропастью, делает вид, что он все еще без сознания, дабы героически подслушать планы врагов. Подслушивать было некого, потому что никаких врагов рядом не наблюдалось. Ах да, было еще и в-пятых. Страшно хотелось в туалет. Ладно, буду разбираться с проблемами по мере возможности, раз уж они навалились все разом. Лежала я вроде бы на полу. Хорошо, что на мне были кожаные куртка и штаны. Темнота стояла не абсолютная – какие-то струйки света пробивались между темными плотными шторами, закрывавшими окно. А поскольку по голове я получила утром, получается, что провалялась без сознания недолго. День был все еще в разгаре. Ноги оказались свободны. Кряхтя, я извернулась и встала, чтобы подойти поближе к свету. Мои запястья опутывала какая-то темная лента. Подергав ими, я смогла ее растянуть, а потом и снять. Я свернула ее рулоном и сунула в карман: мало ли, вдруг пригодится? Встречу, например, врага, повергну его ударом и этой вот лентой свяжу. Если какой-нибудь враг вообще соизволит появиться. Такое впечатление, что меня сунули в темную комнату и заперли, чтобы не мешалась под ногами. А кому я могла помешать в последнее время? Не высовывался ли здесь хвост от истории с бульоном?

Так, минуточку!

Ведь мистрис Робертс обычно приходила убираться с утра – у нее были все ключи. Она мыла полы, вытирала пыль и приводила в порядок кабинет Норберта, гардероб для клиентов и нашу раздевалку.

И бульонный диверсант был в ресторане с утра. Вот только я не знала, в какое время уходила мистрис Робертс. Обычно первым в «Оленьем роге» появлялся Фред, закупавший на рынке свежие продукты. Часов в восемь утра он привозил и раскладывал по холодильникам мясо, рыбу и овощи, а после отправлялся досыпать. Если предположить, что мистрис Робертс около восьми приходила и начинала мыть… часа три это должно было занять. Если не четыре.