Укромный уголок

 – Лара неубедительно изобразила сожаление. – Полнейшая неожиданность. Хотя, знаешь, ничего не происходит без причины – Том вкалывал с утра до ночи, он это заслужил. Надеюсь, мне удастся найти работу в нью-йоркском агентстве. После того как мы наладим семейную жизнь, разумеется.

Эмили кивнула – не знала, что сказать. Она размышляла, хорошо это или плохо для нее самой, что Лара уезжает. Конечно, теперь все изменится, но, возможно, новый агент будет чаще отвечать на ее звонки.

– Мне так жаль! – вздохнула Лара. – Ты сильно на меня разозлилась?

– Разозлилась? Совсем нет.

– Честное слово, мне ужасно трудно было решиться рассказать тебе обо всем прямо перед твоим сегодняшним кастингом, но я подумала, это станет хорошим стимулом для тебя, чтобы основательно взяться за свою карьеру. Ну, то есть поначалу, конечно, будет тяжело – все-таки тебе нужно найти новое агентство, и…

Эмили похолодела.

– Подожди. Что?

– …и неизбежно придется пережить период затишья…

– Постой, – тряхнула головой Эмили.

 – Какое новое агентство? Ты разве не передашь меня кому-то из своих коллег здесь?

– О… – Лара прижала ладонь ко рту. – О, дорогая, я думала, ты уже поняла…

– Что поняла?

Лара уставилась на собственные коленки:

– Я… Слушай, мне нелегко это говорить. Я очень сожалею, но агентство отказалось взять список моих клиентов.

У Эмили отвисла челюсть.

– Все агенты сейчас загружены под завязку. – Лара замолчала, придвинулась поближе и осторожно взяла девушку за руку – так, будто та была при смерти.

 – Дорогая, боюсь, ты осталась без представителя. Теперь ты сама по себе. Мне действительно жаль. Очень-очень жаль.

Глава шестая. Скотт

Стоя у дверей кафе в Сохо, Скотт пристально рассматривал окна серого здания на противоположной стороне улицы. Затем покосился на часы – было 10.17 утра.

В руке завибрировал телефон, и, не отрывая взгляда от здания, он ответил на вызов:

– Скотт Денни.

– Скотт! – взревел динамик. – Дружище! Это Том. Ты получил мое сообщение?

– Получил.

У входа в серое здание было пусто. Уже двенадцать минут никто не входил и не выходил.

– Не стоит благодарности, – продолжил Скотт. – Я ничего особенного не сделал. Вернее, ничего такого, что со временем ты не сделал бы сам.

Том рассмеялся:

– Ты шутишь? Я годами пытался получить эту работу, а ты приподнес мне ее на блюдечке. Я должен тебе сотню дринков, дружище.

– Ты ничего мне не должен, мы уже в расчете. – Скотт переступил с ноги на ногу.