Укромный уголок

Что скажете насчет ланча?

Было видно, что девушка колеблется – у нее напряженно подрагивала бровь.

– Сугубо деловое мероприятие, – добавил Скотт. – Для меня это будет возможность подробнее рассказать вам о новой работе, а для вас – задать мне любые вопросы, если возникнут. Или мы можем созвониться позже на этой неделе. Как вам удобнее. Но я, честно говоря, проголодался, а мой любимый ресторан прямо за углом. – Он развел руками: – Ну, что вы решили? В ресторане подают превосходное джелато[16 - Джелато – итальянский десерт ручной работы из замороженного свежего молока, сливок, сахара, шоколада, орехов и фруктов.

].

Эмили расслабилась, на ее губах заиграла легкая улыбка – уголки рта слегка поднялись вверх, придав лицу неуловимо лукавое выражение. И в этот момент Скотт ощутил болезненный укол, горькую радость – он понял, почему девушка с самого начала казалась ему такой знакомой. Это же так очевидно. Как он не заметил раньше?

Она очень напоминала Нину.

Это он. Снова здесь.

Я дрожащей рукой отодвигаю чашку, в которую собиралась налить латте, и поспешно завариваю пикколо.

У меня все готово еще до того, как он подходит вплотную к барной стойке. Я с улыбкой подталкиваю к нему чашку и кладу на блюдечко одно шоколадное печенье.

– Спасибо, – хмыкает он. – И как вы все время угадываете?

«Легко, – думаю я. – Ты ничего другого не заказываешь».

– Умею читать мысли, – отвечаю ему вслух и тотчас жалею об этом – могла бы придумать что-нибудь поумнее.

– Правда? – говорит он и прячет руку за спину.

 – Сколько пальцев?

– Какой сложный вопрос, – качаю я головой. – Ни одного.

Он улыбается и демонстрирует сжатый кулак:

– Невероятно!

– Ерунда. У вас на лбу написано, что вы хитрец.

Посетительница, которая ждет свой латте, смотрит на меня с ненавистью. Она думает, я простая официантка. Откуда ей знать, что под этим красным передником бьется сердце Чудо-женщины. Я воительница. Море мне по колено. Любые трудности нипочем. Я сюда прилетела, хочется мне сказать ей.

Закинула за спину рюкзак, как будто это ракетный двигатель. Преодолела горы-океаны. Оставила всё позади. Я это сделала. Никто не помогал. Сама. Я неуязвима.

Снова подхожу к кофемашине и наливаю посетительнице латте. А когда поворачиваюсь к ней, чтобы отдать чашку, он все еще стоит у барной стойки с печеньем в руке.

– Вы все еще здесь, – констатирую я.

– Здесь. – Он отводит взгляд, дожидаясь, когда сердитая посетительница уволочет свой латте подальше.