Уйди. Останься

Иногда она позволяла себе не дописывать, не досказывать, не доделывать то, что начато ранее. Та картина хранила память о Максе. Катя хотела красками передать, как выглядит ее счастье. Тема потеряла актуальность, и на мольберте поселился многообещающий чистый холст. Теперь счастье должно выглядеть иначе. Вот только как именно? Представить пока оказалось сложно.

Катя грустно вздохнула, глядя на белую плоскость холста, и решила, что в ближайшие дни непременно начнет рисовать новое счастье. Но не сегодня.

Сейчас просто хотелось смыть этот день в потоке теплой воды и наедине с собой честно порассуждать о ближайшем будущем.

После душа руки по привычке потянулись к баночке с кремом для лица. Зачем? Раньше Кате всегда хотелось стать лучше, красивее и ухоженнее для Макса. Мужчине такого уровня нужно соответствовать.

Йога по утрам, постоянные ограничения в еде, ненавистный спортзал три раза в неделю. Маникюр, косметолог, до тонкостей продуманный гардероб.

Как ни крути, Макс помог ей стать лучше.

Вот только становилась ли она собой во всем этом? Катя обожала йогу, но терпеть не могла тренажерный зал. Всегда была равнодушна к выпечке, а вот кофе любила, и без него иногда становилось грустно. Предпочитала свободу и легкую небрежность в стиле, но Макс настаивал на мини-юбках и дорогих брендах, в которых она чаще всего ощущала неловкость.

Катя наносила на лицо тонкий слой нежной субстанции, размышляя о том, что теперь придется заново учиться делать все это для себя.

Заново знакомиться с собой и разбираться, где ее, а где – чужое.

«Пожалуй, переберу завтра гардероб. И надо снять это жуткое бордо с ногтей. Наконец-то можно отдохнуть от лака, и никто не будет отпускать язвительные комментарии по этому поводу. Черт, что же делать с работой? Накоплений хватит на месяц от силы. Ох, Катя, тебе двадцать семь лет, ты до сих пор не научилась копить! Расслабиться не выйдет, завтра же надо будет что-то подыскивать. Или остаться в «Милене»? Здравствуйте, Максим Александрович, смотрите не подавитесь своим эспрессо.

Хороших выходных, Максим Александрович. Не перетрудитесь там, помните про свою грыжу…

Блин. Нет, это бред. Я не смогу работать даже в одном здании с ним. Ни сейчас, ни через год. Зачем мне эта ходячая напоминалка о том, как меня кинули? Уволюсь, ничего страшного не произойдет.»

Покончив с приятными процедурами, Катя легла в постель и на автопилоте взяла в руки телефон.