Всё, что меня не убило…

Что, Катерина Михайловна, промахнулась? Собрав в кучку всё наличное спокойствие, легла на бок, подпёрла голову рукой и сказала:

– Ну, например, его сбросила лошадь. Или он поскользнулся на банановой кожуре…

– У нас не растут бананы!

– Хорошо, на арбузной корке. Или он влюбился, в срочном порядке женился и сейчас переживает медовый месяц на заброшенных островах в тёплом синем море.

Девочка осторожно хихикнула.

– Еще варианты есть?

– Сколько угодно, – я пожала плечами, и это было очень неудобно делать лёжа.

 – Но для начала ты мне скажи, с какой целью вы договаривались об особых сеансах связи, словно опытные шпионы?

– Шпионы – это у врагов, у своих бывают исключительно разведчики, – ну, слава богу, плакать Анндаранэ перестала. – Ты же понимаешь, ситуация непонятная. А вдруг там что-то серьёзное произошло? Я хотела… Я должна об этом знать!

– Что могло произойти, если говорить серьёзно?

– Не знаю. Но если адан Михаэль не вернётся до конца следующей недели, я попрошу тебя открыть для меня дверь и вернусь в Лантар.

Долг наследной правительницы…

– Понимаю…

Я достала айфон и взглянула на календарь: вечер пятницы, конец следующей недели наступит через восемь дней. Мне на работу выходить через три недели.

– Значит, так, – сказала я, стараясь, чтобы слова мои звучали веско, будто на заседании Ученого совета. – Если до оговорённой даты Михаил не вернётся и не выйдет на связь, мне придётся убить остатки отпуска на то, чтобы тебя проводить прямиком в тёплые лапы правящего адан-лоэ.

Иначе меня икота замучает от мыслей, что дверь я открыла зря.

– Я, правда, очень волнуюсь! Вдруг там произошло что-то… ужасное?

– Знаешь, – я перевернулась на спину и стала смотреть на белёный потолок и пересекающие его балки, – у нас есть такая пословица: «всё, что нас не убивает, делает нас сильнее»?

– Теперь знаю.

– Так вот, мне больше по душе модернизированный вариант этой пословицы: «Всё, что меня не убило, сильно об этом пожалеет. Потому что теперь моя очередь».

Глава 4

Дом пахнул застоявшимся воздухом. Я покачала головой: просила же Лидочку проветрить к нашему приезду! Но пожилая леди была и оставалась твёрдой последовательницей теории викторианского времени: сквозняки вредны, свежий воздух – то же самое что холодный, и это тоже вредно.

Впрочем, грех было бы жаловаться – пыль стёрта, пол сияет чистотой, в холодильнике наличествуют яйца, сливки и масло, дверь в погреб заперта на висячий замок.