Всё, что меня не убило…

– Как отдохнули, Екатерина Михайловна? – начал он, улыбаясь.

– Превосходно, благодарю вас.

– Где были?

– По-разному, Кирилл Николаевич, по-разному. У вас какой-то вопрос по работе отделения?

Вот тут-то и выяснилось, что вопросов масса, и главный из них – жалоба, написанная на меня недовольным пациентом. Точнее, его родственниками. Не первая жалоба в моей врачебной жизни, и я бы пережила её точно так же, как и все предыдущие: доказав комиссии, что выбранное лечение полностью соответствовало показаниям.

Делов-то!

Но если тебя хотят съесть, то и такая жалоба сгодится в качестве маринада…

Короче говоря, мне было предложено написать заявление на длительный отпуск без сохранения содержания с уточнением, что использован он будет для научной работы. На это я только хмыкнула: докторская давно защищена, а академиком мне не стать, научную работу я и так веду постоянно, не беря для этого никаких свободных дней…

– И потом, Екатерина Михайловна, – с некоторой интимностью шепнул замглавного, придерживая меня возле двери за локоток, – у вас какие-то трения с полицией, насколько меня известили? Лучше будет, если вы займётесь этим… в личное время.

– Непременно, Кирилл Николаевич, – сладко улыбнулась я. – У меня как раз образовалась полная подборка счетов по платным услугам в… э-э-э… в хирургическом отделении. Думаю, полицию она заинтересует.

Слова «наше отделение» с языка слетать не захотели.

Итак, к вечеру понедельника, четвёртого февраля, я могла считать себя абсолютно свободной от любых обязательств.

И тут выяснилось, что эта самая свобода от обязательств вовсе не такое уж счастье…

Да, когда ждёшь отпуска, считаешь дни, зачеркивая их в календаре, пишешь списки, что взять с собой, когда в последний рабочий день с наслаждением отключаешь в айфоне функцию «будильник» – о, да, вот в эти моменты грядущее «dolce far niente»[1 - Сладкое ничегонеделание (итал.).] представляется блаженством.

Признаться, я уверена была, что новая работа найдёт меня очень быстро.

В конце концов, я почти тридцать лет в профессии, у меня куча печатных работ, ученики, аспиранты, докторанты и прочие. Да ведь есть ещё и то, что называется «лёгкая рука» в работе оперирующего хирурга, хоть это понятие и не измеряется в амперах или метрах, но очень, очень важно.

Но телефон молчал, и в электронной почте копилась пустая реклама.

На третий день я поняла, что обрадовалась бы даже визиту майора Досталя и несколько напряглась.