Подруга попаданки: отбор для ледяного дракона

 – Ты ведь уже сдалась и обратилась ко мне неформально.

– Оговорилась, – едва ли не рычит девушка и, притянув к себе чашку чая, делает глоток. В комнате три дракона, а до рычания довели человечку!

– Ваше Высочество, вы позволите мне вас покинуть? – вмешивается Роксана, спокойно закончившая завтрак. Её фамилия, как и поведение, свидетельствует о том, что её точно воспитывали в семье ледяных драконов, так как только драконьи благородные семьи Ледяной империи имеют приставку «лед», но непоколебимое спокойствие Роксаны меня не раздражает.

Она – не примороженная ледяная: высокомерия и острой холодности, бросающихся в глаза при наблюдении за Ильярой, у неё нет. По виду Роксаны можно сделать вывод, что ей просто здесь неинтересно, и она не пытается это скрыть.

– Я бы хотела съездить в город и встретиться с младшей сестрой, ей сегодня двенадцать, – поясняет Роксана, и взгляд её теплеет, а на губах появляется улыбка, подтверждая мои выводы о том, что она не по жизни такая, а только здесь, на отборе.

– Леди Роксана лед Жеррарр, – тянет Атареллен, казалось бы, обратив всё своё внимание в сторону подданной своей империи. Смотрит на неё, да только я-то под стол гляжу, где не занятая вилкой рука Нади борется с рукой принца. – Передайте леди Кикилиэре мои поздравления. У неё сегодня особенный день и с моей стороны будет жестоко не отпустить вас к ней. Вам подготовят карету.

– Благодарю, – кивает Роксана, поднимается из-за стола и уходит, присев напоследок в реверансе.

И тут Атареллен, наконец, обращает внимание на меня и своего секретаря, который, как и я, всё это время просто стоял и наблюдал.

– Тирэль, а ты почему всё ещё здесь? – ледяным тоном спрашивает принц, хмурясь.

И в этот момент он похож на Ильяру. До безобразия, до зубовного скрежета похож.

А вообще… на каком основании это ледяное чудо меня игнорирует?! Мне его внимание не нужно, но уважение к драконице из правящей семьи соседней империи никто не отменял!

– Смотрел, – невозмутимо признаётся Тирэль.

 – Мы с Рессой сочли невероятно интересным разыгравшееся перед глазами представление. И ведь не постеснялся леди Роксаны, – он цокает языком, но меня больше волнует то, что он назвал меня Рессой. Вот так просто, семнадцать лет спустя.

– Леди Роксана не постеснялась позавтракать, не дождавшись моего прихода, и в целом не походила на униженную и оскорблённую, – хмыкает Атареллен. – И, как выяснилось, у неё есть дела поинтересней.