Кванфатум. Миссия Асгул

Он оказался учёным-химиком, и с этих первичных понятий психолингвисты очень быстро выстроили с ним контакт.

В первое время уровень общения был довольно примитивный, но достаточный, чтобы узнать, что его зовут КХ-Ц’Ц и он пришёл с особой миссией – выстроить контакт с другими народами галактики. Многие годы он учил галачеловеческий, а они изучали его сложнейший многоуровневый язык, основанный на сочетании звукового и образного рядов. Анаунет и Куратор проводили с ним очень много времени во взаимопроникновении, как могли сопоставляли понятия и продолжали фиксировать, казалось, бесконечную информацию, переданную септиноидом.

Но его лучшим другом, как и в первые месяцы, оставался верный своему слову Шишкин.

Вот и сейчас они сидели в пустом полутёмном ангаре бок о бок на ящике из-под оружия. Он заменял септиноиду и стулья, и стол. С самого начала для него было отведено помещение поблизости от Джона, который порой единственный мог уловить желания гостя. Зайдя в комнату, полную обычных человеческих вещей, Муравей вежливо и настойчиво очистил её ото всего.

Ему была вручена метка от кванпроёмов с закодированными точками доступа. Септиноид без труда разобрался в системе и попросил Шишкина помочь ему обустроить помещение. Проектировщики изучили Иглу вдоль и поперёк. В создании дизайна комнаты использовались текстуры, размеры и логика, заложенные в пространстве корабля. Гость, довольный результатом, пощёлкал челюстями, однако, словно опомнившись, куда-то ушёл. Как выяснилось, он был убеждён, что средой обитания его друга был большой ящик. Он нашёл один из таких, опорожнил его и с лёгкостью, будто пушинку, понёс в свою теперь комнату. С того момента вход для Шишкина всегда был открыт.

– Я смотрю, ты озадачен, – начал разговор человек.

Джон уже знал, что септиноид только вернулся из лаборатории, где Лада и другие сотрудники пришли к выводу, что имеющимися средствами ни пленить, ни убить существ невозможно. КХ-Ц’Ц вернулся к себе, убеждённый, что сложные времена требуют сложных решений.

– Да, ты прав, – септиноид повернул к нему голову и характерным образом наклонил её, его глаза поблёскивали. – Есть одно дело, которое я могу доверить только тебе.

– Я с радостью, ты же знаешь.

– Спасибо, друг, – ответил КХ-Ц’Ц. Он любил это слово, новое для него, открывающее мир людей с неожиданной стороны.

– Так в чём дело? – заёрзал нетерпеливо Шишкин на своём месте.

– Я начну издалека, а ты дослушаешь и решишь, пойдёшь на это или нет.