Счастье в мгновении. Часть 3

Жестикулируя рукой, держащей издание, она не отпускает свой мир женских фантазий и узколобой женской логики: – И Джексон, почему ты в последние несколько дней отвечаешь загадками? Ты все-таки что-то не договариваешь о себе! Не состоишь ли ты в какой-то организации? Я насмотрелась столько фильмов про мафиози и… – За что я отдельно ее люблю – за то, что только она может за секунду надумать на крыльях воображения то, чего нет и начать по этому поводу злиться и проявлять обиду. – И что же тут такого?! – всплескивает моя паникерша и, наконец, останавливает взгляд на сделанной мною «монографии о любви», которую я не хотел никому ни показывать, ни давать читать, в том числе и Милане.

Хотя… Я не знаю, что меня подвергло сказать ей об этом.

Читает вслух и двигается ко мне медленным шажком:

– Собрание. Том 1. Автор: Мила… – И замирает, возле меня, не дочитав: – Что это? – Повторно глядит на первый лист, усомнившись в том, что видела первоначально. – Я?

Выдохнув и сев ровно, я пытаюсь сформулировать признание более серьезно, чтобы оно было свойственно мужчине, а не сопливому подростку, которым я себя считал, когда делал это в ночи с таким рвением и возбужденным интересом:

– Как бы тебе сказать…

Заняв прежнее месте, положив книжонку на колени, Милана раскрывает и читает содержание про себя.

– Это же мои стихи… – Перелистывает. – И мои мысли, которые я писала в социальных сетях…

Да что я не могу сказать?! Зачем надумывать?! Я буду откровенен, пусть и со столь слащавым смыслом:

– Спустя два месяца после твоего отъезда… – Мой голос перестает быть похожим на прежний.

 – …я задался целью создать для себя сборник твоих стихотворений, твоих мыслей, высказываний, помещаемых тобой под фотографиями… Я печатал, вклеивал, вырезал каждую цитату, которую ты писала, а потом решил распечатать в виде сборника…– Говорить о пережитых чувствах любви, смешанной с глубокой тоской, никогда не бывает легким испытанием, это тебе не ложь, которая выходит иной раз, как по маслу.  – По кусочкам складывал то, что меня бы могло связывать с тобой… и читал твоим голосом, представляя тебя.

Подняв слезящиеся глаза, моя любовь хочет что-то произнести, но губы не слушаются её, и я просто заключаю ее тельце в объятия и трусь щекой о ее волосы.

– Не прочтешь мой любимый стих на пятидесятой страничке?

Она несколько раз кивает и через минуту читает с выражением:

* * *

Это была настоящая любовь,

Та, о которой пишут поэты.