Счастье в мгновении. Часть 2

– Мой дедушка говорил, чтобы понять любишь ли ты девушку, ты должен ответить на три вопроса: готов ли ты на все ради неё, словно ты ее старший брат; доверяешь ли ты ей так, как близкому другу; испытываешь ли ты к ней чувства искренней любви, в отсутствии условий, как мужчина?

От его слов становится так тепло.

– И сейчас я положительно ответил на все вопросы… – К чему он клонит?

– Даниэль… – начинаю я, дабы стараться дать понять ему, что я не готова к…

Он обрывает цепочку моих мыслей и сообщает, уверяя меня в своих словах:

– Я не прошу тебя говорить ответ в эту секунду.

Знай, я верю в нас, верю в наше будущее… Me estoy muriendo por besarte![3 - Я готов умереть за твой поцелуй (исп.).]

Немыслимо приятно, когда человек говорит тебе, что ты представляешь для него ценность.

– Я… – Слыша такие слова, я готова раскрыться человеку. – Eres un gran tipo![4 - Ты замечательный парень (исп.).]

Резко развернув меня к себе, он запускает свои руки в мои волосы, и впивается в губы с чувством возбужденности.

Я не сопротивляюсь, так как моя внутренняя батарея на последнем издыхании.

За все это время, что мы вместе, кроме поцелуев и объятий, мы не переходили на нечто большее. Возможно, дело во мне. Я не желаю полностью отдаваться человеку, испытывая состояние неуверенности в своих чувствах к нему. Или дело в том, что я не хочу никого к себе подпускать, за исключением… (сложно произнести это) Джексона? Однако Даниэль, как мне кажется, понимает и не настаивает на этом.

– Твои сладкие губы возбуждают меня, – соблазняюще выпаливает он. Его рука зависает на моей ключице, постепенно снижаясь ниже.

– Нет, прости… – Я убираю, не торопясь, его руки. – Я не могу так, – с жалостью произношу я.

– Милана, и-извини, я… – запинается он от очередного моего отказа. – Просто мне недостаточно поцелуев, и я хотел бы большего… и…

– Я так устала… – перебиваю его я. – Проводишь?

Он набирает полную грудь воздуха, сплетает наши пальцы и через минуту буркает:

– Да.

Его задел мой отказ. Но по-другому я не могу.

В затишье, мы следуем к выходу.

– Милана, можно вопрос? – в недовольном тоне изъявляет он, что очень на него непохоже.

– Да, – говорю я, напрягаясь.

– Дело во мне, что тебе неприятны мои прикосновения? – Его взгляд заострен на движении его ног.

– Нет, Даниэль! – восклицаю я. – Ты что? Дело во мне. И…

– С тобой что-то произошло в Сиэтле и это имеет связь к этому?..