Окольцевать героя своего романа

После головомойки накануне, я здраво опасалась, что мужчины пришли вместе глодать мои кости, но дядюшка Лиразии… всё же защитил племянницу перед наследником империи. И ведь точно – если припомнить всё, что я писала в раскиданных по разным социальным сетям и документам заметках, то Сорен Заошер, младший брат отца Лиразии, обладал истинно пламенным драконьим нравом. Что, переводя на человеческий, обозначало редкостную противоречивость в речах и делах: приверженность традициям в нём соперничала с огненной горячностью, стремительностью и открытостью.

Из-за этого у него случались конфликты с племянницей, которая старательно лепила из себя скорее ледяную, чем огненную, коей родилась. Однако Сорен возлагал на драконицу большие надежды, чем родной отец, почему и был разочарован моим вечерним прибытием так, что я не сразу разглядела в нём союзника.

– Действительно? – прохладно уточнил Кармин. Он сделал паузу, явно вручая дяде возможность забрать слова назад, но глава службы безопасности промолчал.

Промолчал, не воспользовавшись милостью принца!!! – Что ж, надеюсь, она помнит, что её обязанность сопровождать меня на всех занятиях. Совмещать учёбу и охрану не должно быть невыполнимо для неё?

Сорен Заошер мельком взглянул на меня, но, не дождавшись ответа на едкую реплику ледяного дракона, подтвердил:

– Она помнит. Как видите, она практически собралась. Мы пришли несколько раньше.

Кармин… излучал на редкость ощутимое, тяжёлое неудовлетворение.

– Предлагаете мне её подождать? – струйки ледяных кристаллов вышли из его ноздрей.

– Предлагаю вам получить свои книги с охраной академии, – заявил старший дракон. – Я слышал, что вы, в отличие от Лиразии, этого всё ещё не сделали.

Борьба взглядами, последовавшая за этой шпилькой, была достойна киноэкранизации. И я отчётливо слышала, как за моей спиной хрустели попкорном!!! Удивительно, но Сорен Заошер защищал племянницу куда более открыто, чем я собиралась писать в первой четверти романа, до её влюблённости в Кармина, а Кармин… Кармин послушно пошёл, куда сказали, ибо дядюшку, взрослого дракона-мужчину, ему приходилось уважать!

Сорен Заошер же, оставшись со мной наедине, призвал меня пригласить себя в комнату.

– Что ж, мой милый сладкий пирожок…

Я подавилась воздухом: «А это-то из какого черновика вылезло?!!!»

Глава 5. Будь драконицею вольной

– Дя-дядя? – словами, так уж вышло, я тоже подавилась.