Вдоль границы тумана

«Мама говорила не спать сегодня ночью и должна прилететь ко мне…» – неожиданно вспомнилось ей. И вдруг она увидела в зеркале спальню в своём доме, а у постели на коленях почему-то рыдала её мать. Затем изображение комнаты с матерью исчезло, и девушка снова видела в отражении только себя.

Страх полностью заполнил сознание, и Милана, обмякнув, начала падать на пол. Но её что-то встряхнуло и удержало на ногах. Мало того, ноги на полу уже не стояли. Они болтались в воздухе!

– А-а-а! Мамочки-и-и! Помогите кто-нибудь! – завопила она.

– Так уже помогаю, – раздался невозмутимый голос принца. Она в ужасе скосила глаза на мужчину – от ладони его правой руки, направленной на неё, шёл синеватый свет.

– Что это такое?! – испуганно спросила она.

– Это магия, – последовал спокойный ответ. – Ты больше не на своей планете и даже не в своём измерении. Я перенёс тебя в мой мир, он называется Девальвир и создан магией.

Измученное сознание Миланы отказалось далее воспринимать всё происходящее и отключилось, унося девушку в блаженное небытие.

– Какая же она слабая! – вздохнул принц, произнося мысли вслух. – И как с ней проводить исследования, если постоянно хлопается в обморок! – Орлику поднадоела возня с девчонкой. Надо было ещё распорядиться насчёт ужина для неё, да и хотелось уже отдохнуть от насыщенного дня. Взмахом руки принц рассеял зеркало и, оставив Милану лежать на полу без сознания, вышел из комнаты и запер дверь.

Огромная комната принца располагалась в одной из башен дворца. Потолок находился на высоте пяти метров и представлял собой прозрачное стекло. Как и сквозь потолок в обеденной зале, здесь тоже было видно множество звезд. Напротив входа, в глубине помещения, стояла огромная широкая кровать, по углам её возвышались серебристо-белые колонны, поддерживающие спускающиеся по бокам постели волны тёмно-синей ткани балдахина.

Справа и слева от кровати виднелись огромные арочные окна, на которых висели тяжёлые тёмно-синие шторы со множеством серебристо-белых кисточек по краям. Сами стены были белыми и расписаны серебряными витиеватыми узорами. На полу, как и во всех покоях дворца, лежал шикарный ковёр ламорийской работы с длинным нежным ворсом и серебряным орнаментом на тёмно-синем фоне.