Вдоль границы тумана

Релькия всегда носила эксклюзивные вещи от самых лучших стилистов, имела безупречный вкус и считалась одной из самых красивых женщин в Девальвире. В то же время в других королевствах ходили слухи и разные истории о жестоких забавах королевы Корвена, поэтому после странной смерти её мужа, отца Орлика, никто не стремился просить её руки.

Принц надел один из своих охотничьих костюмов в надежде, что получится поохотиться. Для прогулок на тревах обычно использовалась дорога, которая пролегала мимо зимнего леса, где в прошлый раз была охота с послом на сурелов.

И вполне возможно, на пути попадётся дичь. Пока мать ехала рядом, наследник трона рассказывал о ходе эксперимента с земной девушкой и описал, как магия её исцелила.

– Вот как? Значит, её тело не чуждо нашей магии… – Королева подняла брови от удивления. – Если бы ты просто напитал её энергией, чтобы привязать к нашему миру – это одно. Но, знаешь ли, сын… Магия не подчиняется тому, кто не принадлежит Девальвиру. А девчонка сумела себя исцелить! Ты и сам понимаешь, что такое доступно далеко не всем магам… Всё это очень странно, и, могу предположить, божественные наблюдатели рано или поздно узнают о ней.

– Думаешь, она сможет вызывать настолько сильные волнения энергии, что будет замечена? Мои защитные чары над лабораторией достаточно мощные, беспокоиться не о чём, – принц поспешил заверить мать. Если в Девальвире рождался человек, в тело новорождённого сразу проникала магия источника, принадлежавшего народу той страны. И малыш уже был способен немного использовать её.

Но в пять лет, когда его тело окончательно подготовилось полностью вместить в себя энергию, ребёнок проходил специальный обряд. И после начиналось обучение маленького мага. В пятилетнем возрасте его сила, какой бы она ни была, маленькой или большой, сразу же замечалась божествами, и данные о ребёнке вносились ими в Книгу Учёта живых Девальвира.

– Думаю, надо перестраховаться, – задумчиво ответила Релькия. – Если пострадает наш народ, тебе некем будет править в будущем.

Придётся пока оставить эксперименты над девчонкой. Одень на неё браслеты, запрещающие магию, и не выпускай из своей лаборатории. Надоест – убей. Ну, не мне тебя учить, ты уже большой мальчик, – при последних словах голос королевы смягчился, и принцу даже показалось, что в них прозвучали оттенки любви.

Но, зная мать, он в подобное не поверил. Окажись Орлик на месте своего старшего брата Тинневера, то восемь лет назад был бы отдан туману.