Северная корона. Против ветра

Он помнил, как английский аристократ с наследственным титулом с первых часов знакомства с остальными членами Red Lords говорил, что их ждет мировой успех. Остальные только ржали как кони.

– Ты один, без охраны, с кучей бабла. Тебя могут узнать, затоптать, ограбить или шлепнуть, в конце концов. Я к тебе привык, поэтому не хочу лицезреть в гробу.

– Ты же говорил, что эпоха криминала в России закончилась, – припомнил Визард.

– Я много чего говорил.

– Ты утверждал, что в России безопасно, – хмыкнул Визард.

– Опасно везде, где есть придурки, умник. Так ты уверен, что моя помощь не понадобится? Мне не присылать друзей?

– Да. Я нашел тех, кто мне поможет. Приятные леди.

– Леди? А ты не теряешься, – засмеялся Кезон. – Ладно, смотри осторожнее. Звони мне каждый день и говори, что жив, а то я буду беспокоиться. – В его голосе послышалась издевка. – И не сильно приставай к леди. А то у меня такое чувство, что скоро у твоего уважаемого отца, – вспомнил музыкант важного Чарльза Грея, заседающего в палате лордов, – будет внук.

– Мой первый ребенок родится, когда мне будет тридцать пять, – беспечно отозвался Феликс.

– Откуда же ты знаешь? – изобразил недоумение его друг.

– Интуиция.

И они попрощались.

***

Известный музыкант говорил об интуиции, но Юля лишь вежливо улыбнулась. В интуицию она на верила, зато была на короткой ноге с азартом. Ей не хотелось расставаться с этим человеком. И дело было не в том, что музыканту требовалась помощь.

Она желала пообщаться с Визардом. Это же просто невероятная возможность! И упускать ее глупо. Хотя внешне Юля оставалась спокойной, сердце колотилось сильнее обычного. Так оно не стучало даже во время первого поцелуя и первой близости, когда Юля провела ночь с парнем просто из любопытства. Люди мало ее интересовали и редко кто привлекал внимание девушки, хотя сама она пользовалась у парней определенной популярностью. Тот же Стас странно на нее посматривал – только Юле было все равно. Ей порой казалось, что она робот, не способный чувствовать нежность и романтическую привязанность. Но Визард… Визард был другим. Он реально завораживал. Его согласие принять помощь подарило ей восторг, который разлился по телу теплой волной.

– Что он говорит? Что она говорит? – допытывался Викентий Порфирьевич у Марты. Английский он не понимал, но природное любопытство брало верх.

– Феликс едет вместе с нами, – повернулась к нему Юля.