Враг моего отца

 – Злой голос не дал шанса игнорировать его источник. Я медленно повернула голову, чтобы напороться на режущий, под стать словам, взгляд. – Я больше не буду об этом напоминать.

В этот момент на рейс до Лиссабона объявили посадку.

13

– У тебя максимум двадцать минут, – постановил Мстислав и поднялся, подхватывая свой кейс и пальто.

Пожалуй, убедил, Багратов, ты – полное дерьмо! В момент, когда последний шаг отделял меня от новой жизни, стало по-настоящему страшно. Чтобы не сбежать, я замуровалась на первом от окна сиденье в бизнес-классе и полезла в Инстаграмм.

«Бывает так, что вся жизнь меняется всего лишь за день, и приходится делать сложный выбор… Хочется верить, что этот выбор будет правильным. Ваша К.К.». И приложила наше черно-белое фото. Мои широко распахнутые глаза, его жесткие пальцы на моем подбородке и касание губ к виску – все это вообще не сочеталось и выглядело дико. И по телу запоздалой волной прошла дрожь, будто оно спохватилось, что нужно среагировать.

В салоне стояла предполетная суета – резкий стук сумок о полки, заевшее «Добрый вечер, проходите, ваше место…», плач детей и разномастный говор.

Позади уселся англичанин, слева – пара немцев…

– Ты, кстати, говоришь по-английски? – вдруг наклонился ко мне Слава, и я впервые уловила запах нижней ноты его парфюма, густо замешанной на естественном запахе мужчины. Наверное, оставшейся еще со вчерашнего дня.

– Угу, – сглотнула, едва не облизавшись – так загорчило на языке. Приятно, смесью кофе и цедры грейпфрута… черт!

– Хорошо говоришь?

– Свободно, – прокашлялась.

 – Я практиковалась в Штатах и играла в постановке Шекспира в оригинале перед местными профессорами.

Его брови на секунду удивленно взметнулись, хотя я не ставила цели его поразить. Ну разве что каким-нибудь тупым предметом в сердце – это да.

– Отлично, потому что вся работа будет на английском.

– Мстислав Сергеич, – усмехнулась зло, – хороший вы агент – ничего не знаете обо мне. А если бы я не знала английского?

– В том жанре, – усмехнулся он дьявольски, – не обязательно разговаривать…

Меня просто до краев наполнило отвращением к этому мерзавцу.

Зря я сказала ему, что он не такой, каким хочет казаться. Теперь он наизнанку выворачивался, пытаясь это опровергнуть. Да и пытался ли?

Картинку за окном корежило от бившего в иллюминатор мокрого снега. Где-то внизу копошились с техникой люди, а я думала, как, должно быть, жалко это все – мои попытки найти тепло там, где его нет.