Танец алого и золотого

Ли Лунмин касается его пальцев – и без слов, по жестам понятно, как им помешали наслаждаться обществом друг друга.

– Во время разбирательства в Фаньжуне я натолкнулась на это, – вынув из бездонного рукава завёрнутый в талисманы нож, я выкладываю его на стол. – Не безопаснее ли будет отдать его в небесную столицу вашему ученику?

Бай Хэпин смело берёт оружие и вертит в руке.

– Вы показывали его дашисюну?

Я красноречиво закусываю губу.

– Или же вы не хотите, чтобы хоть кто-то знал, что тёмный артефакт у вас был? – понимает шишу Бай.

– Наличие у меня ножа убийцы вызовет ненужные вопросы, – не отрицаю я. – Мною и без того недовольны, как и моим учеником, как и шисюном Яном. Появление этого ножа может стать последней каплей в чаше терпения.

Осознание этого приходит не сразу, но, когда приходит, я в страхе устремляюсь к тому, кто не станет трепаться о моём подарке. Даже если клинок полезен и редок, засветить его у себя сейчас, перед собранием школ, я никак не должна.

– Дашицзе, – Ли Лунмин встаёт и в голос её звучит холодок.

Она едва ли не заслоняет шишу Бая собой! Словно я ему навредить хочу!

– Я не прошу вас оставить нож, я прошу отдать его туда, где он никому не навредит, ни вам, ни мне, – оправдываюсь я. Перед младшей ученицей оправдываюсь!

– Сяо Лянь, – Бай Хэпин кладёт руку жене на плечо. – Глава школы Ван правильно обратилась к нам. Мы можем отдать артефакт Хэ Лунвану.

Ли Лунмин успокаивается.

Что ж, мне не отказали в помощи. Теперь следует уйти как можно быстрее, чтобы не передумали!

***

В день собрания я хочу и не хочу видеть рядом с собой Фэн Цзяньсюэ.

Хочу, потому что она – одна из немногих, кто действительно знаком с представителями школы Сюэсэ Хоянь, с их методами, действиями, уловками и словесными хитростями. Иметь под боком советника, взращённого во вражеских стенах, крайне выгодно, когда впервые принимаешь адептов враждебной школы у себя дома.

Не хочу, потому что княжна демонов покинула тёмное учение без одобрения, самовольно разорвала с наставниками все нити судьбы и никогда не распространялась о прошлом, отмахиваясь, отшучиваясь или откровенно издеваясь над проявленным любопытством.

Показывать её гостям из Сюэсэ Хоянь – всё равно, что подвергать опасности и кричать, что не боишься ни волка спереди, ни тигра сзади.