Авантюристы. Книга 3

– Франсуа, там у нас где-то завалялась парочка бутылок Бургундского, распорядись,– Маршал прошелся по шатру, выпуская клубы дыма и один из монахов последовал его примеру, раскурив «папиросу». Удивив маршала еще больше. Он слышал об этих новомодных выдумках англичан, но не думал, что и монахи приобщились к табакокурению.

– Вы и в монастыре дымите, святой отец?– полюбопытствовал маршал.

– Нет, выхожу за ворота. Настоятель попался не курящий, каналья,– улыбнулся монах и эта немудреная шутка вдруг привела Нея в самое благоприятное расположение духа.

– Мишель и Серж,– хмыкнул он добродушно,– не откажетесь от рюмочки Бургундского?

– Да мы и от кружечки не откажемся и даже коньячку,– опять грубо пошутил монах Серж, подмигивая по-свойски маршалу, совсем его развеселив.

– Коньяка нет,– расплылся в улыбке маршал.– Уж не обессудьте. Не запасся в достаточном количестве. Дорога была долгой,– посетовал он.

– У нас есть,– оживился второй монах Мишель и принялся метать на стол из солдатского ранца бутылки с мудреными этикетками.

Маршал с любопытством принялся их рассматривать, недоуменно пожимая плечами. Таких, ему видеть не доводилось.

– Это что за рыло на бутылке?– поинтересовался он, ткнув пальцем в профиль Наполеона.– Где-то я это мурло видел.

– Это Император Франции Наполеон-I,– ответил Серж.

– Что-о-о-о! Да руку этому художнику отрубить за такой портрет. Не дай Бог, Сам увидит,– всполошился Маршал.

– Немедля бумажку долой с посудины,– и не стал дожидаться, когда выполнят его указание, содрал сам крепкими крестьянскими пальцами, привыкшими к тяжелой работе и рукояти сабли.– Вот так-то оно поприличнее будет. Бутыль и бутыль,– Мишель не церемонясь налил коньяк в кружки и понюхав, плеснул в рот.

– Жуткая гадость,– скривился он при этом и запил коньяк Бургундским.– Так что там про мою набожность вы, мсье, говорили?

– Мы из Аббатства Этталь, настоятель послал нас, чтобы мы разыскали похищенную в монастыре реликвию, которая находилась в нем со дня его основания,– монах Мишель склонил голову почтительно.

– Мы идем за Великой Армией потому что след преступника ведет нас. Этот негодяй ушел на войну, унося в отличие от вас, мсье, в своем ранце не маршальский жезл, а церковную вещь, являющуюся собственностью обители нашей. Братия в скорби пребывает и молится Господу нашему об ее возвращении.