Авантюристы. Книга 3

Просите и дано будет вам»,– Пьер почесал в затылке, пытаясь освоить сказанное и, спросил с явным сомнением в голосе:

– Так уж и все?

– Истинное все,– подтвердил Михаил.

– Значит, если молитвенник, в Духе пребывая, попросит Бога груды золота, то получит их немедленно?

– Несомненно, получит, только просить не станет. Зачем ему «груды» эти? Чтобы сторожем потом при них сидеть? Тогда он станет уже не монахом, а сторожем при этих «грудах». Несчастнейшим человеком станет. Рабом золота. Истинная Свобода не в обладании, а в отсутствии привязанности к чему либо.

Что за Свобода, коль ты вынужден жизнь свою посвятить сохранению вещей, недвижимости или не дай Бог, страстью воспылав к женщине, станешь бегать вокруг нее с саблей, прочих воспылавших разгоняя. Раб ты тогда страсти и несчастнейший из людей, потому, как и в мыслях и в поступках не свободен. Свободен тот, кто в любое время может подняться и уйти, куда ему вздумается, а не куда его ведут страсти. Им отдается человек и уловленный в сети эти, идет не туда куда хочет, а туда, куда они влекут.

Глава 4

Пьер смешно наморщил лоб, пытаясь искренне понять, сказанную монахом явную несуразицу: – Я в кавалерию пошел, потому что мне всегда нравились лошади. И подраться я тоже всегда не прочь. Выпить хорошего винца в доброй компании, с хорошей закуской и с дамами – это тоже по мне. Монет золотых или серебряных я бы тоже не против груду заиметь, чтобы все остальное купить. Значит, я раб всего этого, раз хочу и головой ради этого рискнуть готов?

– А кто? Раб и есть.

А знаешь, сын мой, как Господь по милости своей, излечивает таких как ты от страстей-то этих?

– Как?

– Получишь ты все, что хочешь и даже сверх того, так что «из ушей полезет» и тогда поймешь, сколь обременительную ношу ты себе на плечи взвалить решил. Сейчас ты беден и потому свободен. Когда же получишь желаемое, то жерновами повиснет все на шее твоей. Вспомнишь ты мои слова совсем скоро. И мой тебе совет заранее, брось все и иди куда хочешь.

Жив будешь, и может быть, душу спасешь.

– Загадки, святой отец,– это не по моей части. Я люблю, чтобы все было просто. Быстро, красиво, сытно, ну и с барабанным боем чтобы.

– Так и будет,– кивнул Михаил.– Быстро разбогатеешь, так что не унести будет. Красиво и сытно тоже будет, а уж барабанным боем тебя, Пьер, Император обеспечит.

Этот разговор у костра Пьер вспомнит месяц спустя, выкатывая ручную тележку с награбленным барахлом из сгоревшей Москвы.