Чили

Никто не должен был продраться через мои барьеры… Но Киран это сделал…

***

– Почему ты не спрашиваешь меня ни о чем?

– Боюсь спугнуть, – он подал мне чашку с чаем и отошел к окну. Я не понимала, откуда Киран знал, но он совершенно точно вычислил мою нелюбовь к нарушению интимной зоны. Вот только на него она не распространялась. – Ты… – он повернул ко мне голову и улыбнулся, – моя. Понимаешь?

– И правда, звучит пугающе, – уткнулась носом в чашку.

– Поэтому и не спрашиваю, – отвернулся он, но продолжал улыбаться.

 – Не сбежишь, Чили, даже не думай.

Он сбивал меня с толку обезоруживающей честностью и отсутствием всякого напора. Вернее, напирать уже было не нужно, он привязывал меня тихо и незаметно, а я смотрела и ничего не делала с этим. Я не привыкла к таким мужчинам. На мое завоевание пускались с привычным арсеналом – обеды, кино… От ресторанов я отказывалась, потому что ужины ко многому обязывали, как мне казалось. А Киран… просто встал у плиты моей кухни. И объявил, что я – его.

И я поверила…

***

Притащила из ванной круглый напольный светильник, положила рядом с подносом, включила верхний свет.

Подумав, убрала из кадра чай и со спокойной совестью и наслаждением сделала глоток. Его чай был слишком личным ритуалом, сокровенной тайной. И я любила, пока он был горячим, поэтому думать долго было чревато. И да, пусть думает, что я его снова пускаю…

«Шеф, кажется, не безнадежен, друзья! Мне подали салат с претензией на какую-то температуру, близкую телу! Продрогшему телу… Если бы в моей тюрьме не свистело со всех щелей, может, я бы успела попробовать теплый кусочек куриной грудки в завораживающем своим лицемерием сладком соусе… Мед и оливковое масло со специями… Знаете, что его тут призвано нивелировать? Кедровые орешки! Пряные, обжаренные… Все хорошо будто бы.

Только в салате всего пятьдесят калорий, в индейке – чуть больше, быстро усвою и вернусь к тягостным безуглеводным мыслям»

Я запустила пальцы в миску, удобно устроившись с ней на кровати. Идеально! Соус не растекался и не пачкал пальцы, создавая иллюзию моего изящества.

Если бы Киран мог меня видеть… И я ела так, будто он и правда мог. Собирала листья, тщательно вымакивая ими сок, облизывала пальцы и жмурилась, кусая губы от удовольствия. Мне хотелось чувствовать его. Будто ингредиенты могли хранить какую-то часть мужчины – мысли, чувства, намерения… Ведь он готовит для меня! А готовит Киран Девир только тогда, когда на самом деле того хочет. Или чего-то… от меня.