Авантюристы. Книга 6

Уж больно подозрителен и порнографию, опять же, прямо средь бела дня изготавливаешь. Это вообще ни в какие ворота. Родители-то достойные пади люди, а воспитали прохвоста и мерзавца конченного. Мало тебя папаша твой драл в детстве видать.

– Мало,– не стал перечить жандарму Гитлер.

– Вот и расскажи-ка, как ты до жизни такой докатился, парень?

– Сирота я круглая,– начал жалобно Адольф.– Папаша мой отставной таможенный чиновник в 1903-м умер, когда мне было четырнадцать. Нужда, господин майор. Пенсия крохотная, а мать больна и вот на мои плечи все и легло…

– Ах, ах, ах бедный парень,– притворно посочувствовал ему Михаил.

– На паперть пошел милостыню просить?

– А что делать?– версия с папертью Адольфу понравилась и он не стал ее опровергать.

– А поработать не пробовал?– подсказал ему еще одну версию, как можно прокормить семью, Михаил.

– Пробовал, но кто возьмет меня? У нас в пригородной деревне только трактир, да кузнец еще и плотник, остальные так…– Адольф махнул рукой пренебрежительно.

– Ну и пошел бы подмастерьем к кузнецу.

Парень ты крепкий, жилистый. Или к плотнику.

– Не взяли. Плотник – его Курт зовут – жадный, а у кузнеца своих детей полно. Они ему и помогают. Зачем ему посторонний?

– Курт жадный, а ты очень хотел плотником стать?

– С детства мечтал,– скрипнул зубами Гитлер.– Как увижу его, так и прошу.– «Научи табуретки делать, дяденька Курт», а он,– «Пошел прочь, щенок»,– Гитлер всхлипнул.

– Бедный парень, не дай Бог такое детство никому,– вздохнул сочувственно Михаил и отставил одно ведро в сторону.

– Можешь считать, что одно ведро ты уже выпил.

Гитлер радостно заблестел глазами и его творческая фантазия, получившая неожиданный стимул, выплеснулась потоком фраз.

– А потом и матушка приказала долго жить. Похоронил ее на последние гроши рядом с папашей, да и подался в люди. Кем только не работал.

– Кем?

– Посуду мыл, помои выносил, дрова колол и воду носил,– начал перечислять Гитлер выполненные им работы.

– Где же это?

– У трактирщика, за две сосиски и кусок хлеба.

Жадный, еврей потому что. Евреи все жадные, а этот особенно жадный, потому что трактирщик.

– А трактирщик, потому что еврей?

– Да, господин майор.

– Логично…– вернувшийся Сергей сообщил, что Мюнхен информацию подтвердил, а из полицейского участка, указанного Адольфом, доставили паспорт настоящий и обменяли его на паспорт Рабиновича, извинившись.

– Просили Адольфа к ним потом заглянуть. Он там штраф не полностью выплатил.