Смутные времена. Книга 5

– Что вы собираетесь с нами сделать?– смех Мертье оборвал так же внезапно и мрачно насупился.– Убьете?

– Нет. Останетесь живы. Обещаю. Но я вам не завидую.

– Пугаете? Что может быть хуже смерти?

– Жизнь, мсье Мертье. Пустая, никчемная, бесцельная жизнь,– Михаил вышел, не дожидаясь ответа. А в спину ему неслись гневные слова:

– Что ты знаешь о жизни, мальчишка? Ты и не жил-то еще. Думаешь, что последнее слово за тобой? Ошибаешься. Ты еще многого не знаешь. Ты не победил, ты временно получил преимущество.

Берегись! Поплатишься и тогда узнаешь, что есть смерть и какова цена жизни.

Захлопнув дверь и обрубив ей поток слов, Михаил замер с закрытыми глазами. Постояв так с минуту, он медленно их открыл и кивнул.

– Он прав, мы еще знаем так мало. С этим у меня ничего не получилось и на одну пару Серегиных валенок у нас уже есть претендент.

– Что, совсем ничего не получается?– расстроился Петр Павлович.

– Не получается вышвырнуть его из тела-носителя. Врос от макушки до пяток. Личность Мертье размыта и присутствует, как животная душа.

Размазал он его по периферийным фибрам. Оставил ему функции физиологические. Интеллект же просто сожрал. В этом смысле, мсье Мертье подлинный, мертв. Увы,– вздохнул Михаил.– Жаль парня. Продал душу и довольно дешево. Ему была обещана, за пять лет аренды тела, блестящая карьера. Этот наивный Жак, думал, что уснет на пять лет и проснется уже высокопоставленным чиновником.

Обвели вокруг пальца, как мальчишку сопливого. А ведь ему уже было тридцать лет, когда он дал согласие на этот научный эксперимент.

– Зачем они его обманывали? Разве не могли принудить?

– Нет. Подсадка должна войти в тело, в котором его прежний хозяин согласен на это, иначе не приживется и в результате может получиться монстр, который будет состоять из двух личностей, противостоящих друг другу. Говоря простым языком – бесноватый. Добровольное согласие и обожание паразита в себе, вот главное условие для успешного внедрения. В этом случае все, как видишь на сто процентов у них получилось,– Михаил щелкнул пальцами, выдергивая из камеры, лист бумаги, исписанный сверху донизу убористым почерком.

– Гурман однако этот Мертье. Устрицы, жульены и прочие прибамбасы из французской кухни. Я и названий таких не слышал. Аперитив, что еще? Ну, это проще. Устрицы не проблема. Заменим рапанами. Остальное гороховым концентратом. Кондратий, принимай заказ,– Михаил сунул в манипулятор "прапора" лист бумаги и распорядился.