Авантюристы. Книга 7

Передай приказ остальным полкам, как обычно атака в 4.00 и встречаемся в Ельне, на вокзале. Все понял, Александр Иванович. И не дай тебе Бог, что-то перепутать. Никаких Катюш, с их музыкальным сопровождением,– Михаил положил трубку на аппарат и с усмешкой наблюдал, как выскакивает из КП дивизии Богданов и мчится по траншее прочь.

– Побежал сучара докладывать. Падла,– Михаил щелкнул пальцами и генерал-лейтенант схватился за живот.

– Вот так-то лучше будет. Прогуляйся в места общего пользования,– злорадно посоветовал ему Михаил и зам командующего фронта, выскочив из хода сообщения, помчался к ближайшим кустам.

Ночью пошли в атаку на Ельню и взяли ее без выстрелов, потому что противника там не оказалось. Немцы ушли, бросив склады с боеприпасами и не стреляющие орудия с минометами. Организованно сбежали. Утро наступившее, застало роту Михаила на западной окраине города, в брошенных немцами окопах. Приказав сообщить на КП дивизии свое местоположение, он связался с соседями и выставил над дотом красный флаг, чтобы свои из 100-той и 107 -ой дивизий, не поперлись в атаку, «причесав» артиллерией.

На часах было ровно 7.00, когда заревели «Сталинские органы» и море огня захлестнуло позиции 32-го стрелкового. Земля горела в буквальном смысле этого слова и если рота Михаила, упав на дно траншей и уткнувшись в землю, спаслась от огня собственных «катюш», то остальной полк буквально в течение пяти минут перестал существовать.

Люди сгорели заживо из-за «ошибки» ракетчиков. Рев смолк и на Ельню упала тишина.

Михаил поднялся и огляделся по сторонам. Земля дымилась и полыхали кустарники с деревьями. Совсем рядом, метрах в стах, выл кто-то не догоревший и умирающий в муках. Санька Ведерников, крутил ручку полевого телефона и орал в трубку: – Тридцать второй, я тройка. Как слышно? Прием!

Слышно было хреново и Санька опять крутил ручку.

– Ну, суки,– Михаил закрыл глаза и присел на корточки. Обхватив каску руками, он вглядывался в размытые пятна, мелькающие перед глазами и наконец увидел четко лицо.

Оно улыбалось, радостно и торжествующе. Михаил сосредоточился и услышал голос.

– Ошиблись музыканты, товарищ сто первый, по вине 315-го. Он не верно дал свои координаты. Сообщил, что противник оказывает ожесточенное сопротивление западнее города и просил помочь огнем. Приказ я отдал, а потом выяснилось что он оговорился и 32-ого накрыло. Да, потери просто колоссальные. Позор. Будем отдавать под трибунал, если выжили. Я уже распорядился, люди отправлены.