Жулики. Книга 1

А полтахи – компактнее потому что и в один чемодан уместились поэтому. А если бы чирики коллекционировал, то пришлось бы пять чемоданов набивать. В финчасти земеля удачно оказался в писарях, ну и…

– Лучше бы чирики все же… Их пока не меняют, только сотенные и полтахи,– Трефовый окинул сожалеющим взглядом «крестника».– Пять чемоданов чириков, мать моя женщина. Миллионер ты хренов.

– Ну, до миллиона там еще пару чемоданов не хватало,– хмыкнул сконфуженно Мишка.– А ты чем промышляешь? Все по вокзалам «лохов пасешь?»

– Ха! Когда это было, Жук? Забудь.

Времена переменились. Ты что там, в армии телик не смотрел? Время-то мутное какое сейчас, в самый раз по крупному лохов кидать. Мы с братвой сейчас пирамиды строим.

– Чего, чего строите?– не понял Мишка.

– Пирамиды, Жук, финансовые,– и Трефовый по-быстрому объяснил Мишке не хитрый механизм «разводилова на пирамиде».

– И что, несут бабки?– удивился Мишка.

– Хе-гэ, да еще и в очередях стоят. Ломятся. На «клешнях» номерки пишут, что б значит, никто не лез вперед – без очереди.

Чтобы по-честному нам бабло сдать,– Трефовый сплюнул.– Ну, народ у нас. Лох на лохе сидит и лохом погоняет. Даже жалко их бывает, ей Богу.

– И что, менты не вяжутся?– продолжал удивляться Мишка.

– Менты в доле, Жук. Они нынче все ссучились и за зеленую бумажку американскую, готовы задницу лизать. У нас и обменники есть.

– У кого у Вас?– Мишка совсем растерялся.

– У братвы. Формально, конечно, на лошка какого-нибудь записано, а мы вроде как крышуем.

Прикрываем бизнесменов – комерсов, чтобы им никто деловарить не мешал. Так что вливайся в дружный коллектив. Ты конечно пока без авторитета и в зоне не был, но авторитет – дело наживное. И зона – она не мать родная, подождет. Успеешь на кичу. Я за тебя слово скажу. Подъезжай завтра вот по этому адресу,– Трефовый сунул Мишке в руку визитку.– Это моя. Я там замдиректора числюсь,– и хлопнув Жука по плечу на прощанье, оставил с открытым ртом.

И завертелся Жук, вписываясь в новый жизненный уклад гражданский. В август 1991-го Мишка въехал на новенькой «девятке» цвета «мокрый асфальт» и с радужными перспективами на будущее?

Группировка, в которую он нырнул прямо из дембельского мундира, была одной из самых авторитетных в городе, а Трефовый – крестный отец Мишкин, в ней с самого основания и до сего дня в руководстве. Так что приняли его, как родного и к делам пристроили.