Жулики. Книга 7

Может у тебя кто на примете уже есть, а он тут круги выписывает котом мартовским.

– Он… котом?– хихикнула Аннушка и, не удержавшись, засмеялась в голос на всю мастерскую.

Белошвейки прекратили стрекотать на машинках и радостно повернули все сразу головы в их сторону.

– Что за веселье?– спросила Марфуша.– Мы тоже посмеемся.

– Да вот, Михаил Петрович, Сергея Алексеевича с котом мартовским сравнил,– "сдала" Мишку Аннушка и все девицы покатились со смеху, будто невесть какую смешную шутку услышали.

– И что смешного?– обиделся Мишка.

– Да какой же он кот, Михаил Петрович? Робок больно,– продолжая хихикать, повторила слова Аннушки Марфуша.

– Да ну вас. Работайте и не отвлекайтесь. Швы кривые получатся, а виноватым потом меня объявите,– запустил Мишка булыжник в огород белошвеек.

– Ну, нет, мы этого делать не станем, Михаил Петрович. Мы распорем и снова перешьем,– успокоили его девушки.

– Ну, так что Сереге-то сказать?

– А я ему сама все сегодня вечером скажу,– шепнула ему на ухо Аннушка.

– Спасибо,– Мишка сделал реверанс на манер мушкетерского, рассмешив всю мастерскую еще раз. Так под хохот белошвеек и вышел.

Серега ждал его, как договорились в трапезной, изнывая от нетерпения.

– Ну, чего там? Что там за ржач поднялся? Надо мной что ли смеялись?– заподозрил он сразу неладное.

– Нет. Просто пошутил с девчонками. Они же, как дети смешливые. Палец покажи и ухахатываются сразу.

– А ты целых два показал? Вон как разобрало.

– Поговорил.

– Что сказал?

– Спросил деликатно, какого хрена недотрожничает?

– Что прямо так и ляпнул?

– Ну, ты, Серега, даешь. Нет, конечно. Вежливо и очень окольными, так сказать, путями подошел к теме.

– Ну и..?

– Сказала, что сама тебе вечером после работы все скажет.

– Держите меня семеро,– побледнел Серега.

– Сказала еще, что больно робок ты и с чувством юмора у тебя видать не все в порядке. А у них семейство веселое и тебя стесняются братья-то.

– Ну да?– улыбнулся недоверчиво Серега.

– Хочешь, я с братьями Аннушкиными на эту тему поговорю?

– Ну, уж нет. Хватит. Спасибо. Как нибудь уж сам теперь. Робок значит я? Ну, Анька, держись теперь. Я тебе покажу робок. А братцы значит юмористы все трое, только при мне юморить стесняются? Ну, я им сегодня устрою день смеха.

– Э-э! Друг ситный, ты чего надумал?– забеспокоился Мишка.– Не вздумай прикалываться над братьями-то.