Лунные Звёзды

Сейчас они с Сашей устраивали фарс двух взрослых людей, тоскующих по той искренности, без щитов и оглядки, которую знали, когда ещё умели доверять, увлекаться на полную катушку и верить во взаимность и настоящую отдачу без условий. По тому, что теперь низведено многими до недостатка и неудобства. То самое, что он хотел бы не покупать, а найти. То самое, что, кажется, и она могла бы не продавать, а подарить.

Он больше не смотрел на молчаливую девушку. Что-то в ней его цепляло, но разбираться, что именно, было ни к чему.

Разовая встреча. Без философии и морали. Каждый волен в своём выборе, что бы к нему ни привело. Они едут к нему, а дальше станет ясно по ситуации.

Город примерил ночной наряд, переливающийся светом и тенью. Любовался на себя в зеркале реки, дерзил яркими витринами и прятался в тёмных проулках. Вразнобой болтал с прохожими на центральном проспекте и погружался в тишину среди деревьев в скверах и парках. Приглашал шумных искателей приключений в бары и соединял руки гуляющих влюблённых, которые не замечали ничего вокруг.

Шорох шин по асфальту и равномерный гул двигателя разбавляли безмолвие внутри салона и за окнами, где мелькали огни объездной дороги, ведущей в ближайший загородный посёлок. Массивная гряда высоток и расползшихся огромными черепахами торговых центров оставалась позади. Её поглотили резные верхушки елей и берёз, графично выделяясь на фоне глубокого синего неба.

Сашу перестало знобить. Всё действительно имеет свой предел.

Боль утихает, гнев выкипает, страх притупляется, мысли переполняют голову и взрываются, оставляя за собой новый чистый лист. Организм выключается, чтобы не перегреться от нервного накала.

Она перестала терзать пуговицу на плаще, даже не заметив, что чуть не открутила её с корнем. Откинувшись на подголовник, Саша отчётливо слышала, как из открытых баров рвётся музыка, и мысленно отметила границу, где мелодия закончила преследовать машину, дразня забрать с собой.

Центральный проспект, всегда раздражающий круглосуточной суетой, вдруг превратился в доброго знакомого и ободряюще подмигивал разномастными фонарями и световыми табло. Широкая лента дороги вильнула замысловатой петлёй развязки и разделила мир на две панорамы: бодрствующий ночной город справа и сонное лесное затишье слева.

Саша взглянула вперёд, боковым зрением уловила мужские пальцы, крепко сжимающие руль, и снова отвернулась. Рядом просто водитель.