Лунные Звёзды

Однажды Андрей предложил Борису партнёрство, но тот отказался со свойственной ему краткой прямолинейностью: «Я хороший исполнитель, не более. Благодарен за доверие, но давайте оставим всё как есть».

– Борис, забирай мальчишку и отвези домой. – Славен потёр лицо.

– Андрей Романович, не проведёте воспитательную работу? – нейтрально поинтересовался Борис.

– Не сейчас, – ответил Андрей. – Встречусь с ним завтра после школы. Я пока слишком зол для конструктивного монолога. К тому же, он несовершеннолетний, чтобы удерживать его здесь дольше.

Лишние вопросы с законом нам ни к чему.

Борис кивнул, молча ожидая дальнейших указаний.

– Адрес ты знаешь лучше меня. Не разговаривай с ним. Пусть помучается неизвестностью. Проводи до квартиры и удостоверься, что зайдёт внутрь.

– Мне вернуться? – уточнил Борис.

– Нет, – Андрей отрицательно качнул головой. – На этом всё на сегодня. Просто отзвонись.

Славен пересёк комнату. Остановился у дальнего окна и, не отодвигая тюля, проводил взглядом поникшую фигуру Лёни, который растерял былое любопытство и браваду и суетливо торопился не отстать от Бориса.

Затем он прошёл мимо кабинета в торец небольшого коридора. Нашёл в кладовке среднее ведро и, мысленно похвалив домработницу, поддерживающую везде порой чересчур дотошный порядок, как в случае с расставленными строго по размеру хозяйственными принадлежностями, направился к Дуге.

Андрей заметил, насколько нервно дёрнулся парень, когда щёлкнул замок. Не рискнув занять удобное кресло, Дуга кособоко сидел на стуле у стола и действительно что-то черкал на разложенных перед ним листах.

Его левая щека наливалась лилово-бордовым синяком, нос слегка припух. Ставший давно привычным апломб Дуги, который он перестал скрывать и перед Славеном, сменился на испуганное выражение глаз Серёжки, взывающего к Андрею.

Не пробрало, как часто срабатывало по отношению к сыну Ивана Николаевича. Андрей демонстративно приподнял ведро и поставил его у стены.

– Вздумаешь мелочно нагадить в цветок или карандашницу, ведро для тебя превратится в утку.

На столе есть вода. Окна открываются. Мы оба помним, что этаж первый, как и то, что все системы внутреннего и внешнего наблюдения я всегда опробую на собственном доме.

Дуга неотрывно смотрел на Андрея, не пытаясь вставить ни единого слова. Он уже видел его таким раньше, но никогда не думал, что сам окажется по другую сторону, которую обычно брезгливо презирал, поскольку поблажек оказавшимся там ждать не приходилось.