По-другому

– Я знаю и горжусь твоей настойчивостью и стремлением достичь поставленных целей, – вставляю я, чтобы молчание между нами не затянулось и не раздавило меня нелепыми догадками, которые упорно лезут в голову. – Я всегда поддерживала тебя и никогда не сомневалась, что при твоём упорстве всё получится.

Марк наконец смотрит мне в глаза, и его взгляд вспыхивает.

– Именно! С твоей поддержкой я в шаге от начала настоящей реализации наработанного. Как только заключу договор с инвестором, мы с тобой будем в шоколаде – с любой начинкой, какую пожелаешь.

Он обхватывает меня за плечи и держит на расстоянии вытянутых рук, расписывая самые невероятные перспективы. Я заражаюсь его энтузиазмом и неуверенно улыбаюсь. Марк улыбается в ответ.

– Пожалуйста, Лиза, поддержи меня на этом последнем шаге. – Он слегка приседает, не выпуская меня, его лицо становится серьёзным, а взгляд очень внимательным. – За Ником решающее слово – и мы подпишем договор. Польсти его самолюбию, поощри его внимание.

Я застываю. Если слова Ника были пощёчиной, то Марк меня размазывает, не оставляя ни одного живого места. Я не могу вдохнуть, сглотнуть, моргнуть, просто пошевелиться. А он продолжает, набирая темп и увеличивая силу давления пальцев:

– Он зациклился на тебе. Я даже успел приревновать тебя к нему. Но я знаю, что ты моя, а флирт и заигрывания ничего не значат. Зато мы обеспечим себе будущее.

Я отмираю. Сбрасываю руки Марка с себя.

– И тебе плевать, какой ценой?

Марк распрямляется.

– Давай не будем драматизировать. Мы взрослые люди. В этой жизни ничего никому не даётся просто так. Смотри на это как на новый уровень доверия между нами.

Я сжимаю кулаки. Мне хочется разбить эти губы, которые я любила целовать.

– Это не уровень доверия, – я не узнаю собственный голос, сухой и тусклый. – Это уровень неуверенности и трусости. Как вы себе всё представляете? Ты отвозишь меня к нему и ждёшь в соседней комнате? Или он приезжает к нам, а ты задерживаешься на работе?

Марк раздражённо взмахивает рукой.

– Я не прошу тебя с ним спать. Просто прояви немного благосклонности или хотя бы закрой глаза на…

– Боже! – перебиваю я Марка. – Он лапал меня всё утро с твоего согласия, а я – наивная и восторженная, – выплёвываю два эпитета как самые страшные оскорбления, – пыталась убедить себя, что это всего лишь случайность.

Мне не хватает воздуха, внутри растекается горечь.