Отряд НАО. Бункер

– Наверное, думает, что я его бросила, бедняга, – рассуждала на бегу Рита.

Приоткрыв дверь в палату, она увидела не безжизненный клочок шерсти, торчащий из-под простыни, а знакомую любимую мордочку с чёрным носом. Пёс так же лежал на столе, положив голову между передними лапами, и вяло смотрел на дверь своими тёмно-коричневыми глазами. Рита уже готова была увидеть такой же кислотный цвет, как у Лены, который всё ещё иногда пугал её, но Рыжий не изменился. Он был всё такой же. Её Рыжий.

С появлением хозяйки взгляд его оживился, будто с экрана телефона сняли прозрачную плёнку.

Рита нырнула пальцами в тусклую, но, главное, тёплую шерсть. Пёс облизал её лицо, потом принялся облизывать Лену.

– Ну наконец-то, – приговаривала Рита. – Напугал ты нас, Рыжий. Будем теперь жить с тобой здесь.

– Зато на диване можно спать сколько угодно, – сказала Лена. – И никто не заругает.

– Слабоват он ещё, конечно, – вздохнула подошедшая Дарья. – Но при хорошем питании и прогулках на свежем воздухе должен быстро оправиться. Хорошая собака. Ну, давайте, не забывайте меня. Заходите как-нибудь.

Рита сняла Рыжего со стола. Пёс суетливо обнюхал её ботинки и штаны, при этом тихо поскуливая, и потрусил из кабинета, продолжая обнюхивать всё вокруг.

Девочки пошли следом. Поводок на радостях Рита взять не подумала, а ошейника на собаке не было.

– Рыжий, сюда, – позвала она, когда, очутившись в коридоре, ведущем на улицу и в спальни, пёс пошёл прямиком к выходу.

– Рыжий, нам сюда! – крикнула Лена, но тот, оглядываясь, явно о чём-то тревожился.

– Может, в туалет захотел? Я за поводком.

Выйдя на улицу, Рита потащила пса в ближайший ельник, но Рыжий, казалось, знал куда идёт. Его хвост, обычно торчащий вверх полумесяцем, пригнулся к задним лапам, а нос шнырял по сторонам и фыркал.

– Здравствуйте, – в один голос сказали девочки, увидев напротив входа в административный корпус Главного, беседующего с Андреем Ивановичем.

– А вот и она. Громова, – показывая на Лену рукой, сообщил Соломонов. Главный покачал головой.

– Сегодня же в тир, Громова, и тренировки каждый день. И есть побольше, а то ты у меня оружие поднять не сможешь.

Лена молча хлопала ресницами, исподлобья поглядывая на мужчин. Рыжий обнюхивал штаны Соломонова и ворчал.

– Пёс-то оклемался, Сергей Петрович.