Сердце владыки моря

Я уже соскочила с моста и чуть сбавила шаг, борясь с волнением в груди, от которого сбивалось и замирало дыхание. Я хотела окликнуть Чёлку и помахать рукой, но у меня пересохло в горле от накатившей радости, воспоминаний и какой-то незнакомой тревоги, и когда я остановилась у моста, чтобы собрать себя в кучу, мой бывший беспощадный нянька-телохранитель меня заметил.

Мне показалось, он испугался. Потом нахмурился и ударил лошадь по бокам. Что это с ним?

Баарион летел на лошади прямо на меня, я отступила, а он даже не притормозил.

Остановился резко, поставив лошадь на дыбы, спрыгнул на землю, подскочил ко мне и, схватив за руки, ткнул меня лицом в шёлковый лошадиный бок.

Я вскрикнула от боли в запястьях, когда он с силой скрутил их, сдирая кожу грубой веревкой.

– Что ты делаешь? – прохрипела я, выворачивая шею, – это же я, Мира. Баарион, прекра…

Договорить я не смогла, потому что в рот врезалась жёсткая ткань, стягивая губы, щёки и волосы на затылке так сильно, что у меня выступили слёзы на глазах.

Что он творит? Что, вообще, происходит в этом мире? Тот, кто сдувал с меня пылинки и готов был отдать за меня жизнь, обращается со мной как с беглым преступником. Баарион молчал и методично действовал с каменным лицом, будто весь год оттачивал навык захвата человека, пешего и верхом, вооруженного и безоружного, а может, даже вполне конкретного. Когда он закидывал меня на лошадь, я уже плакала не только от боли, но и от обиды. Интересно, что ему на это скажет Дариен. Оставалось надеяться только на него.

Я и не заметила, как мы подобрались к самым задним воротам замка, в голове шумело от слёз, и я пыталась их подавить, чтобы не выглядеть плаксой, и хорошо, что волосы могли немного скрыть моё лицо от случайных прохожих. Баарион стащил меня с лошади и крепко сжал плечо, подталкивая к двери. Неужели он думал, что я попытаюсь сбежать, когда я целый год только и мечтала, как войду в Зеелонд и руки смеющегося Дариена оторвут меня от земли и закружат под радостное журчание водопада в центральном холле.

И правда, я столько раз мысленно рисовала себе эту картину, что у меня никак не укладывалось в сознании вот это всё: прислужники Чиинаны, непонятный гнев Баариона и чёрный ход в замок вместо парадного. Кто я теперь в Альвое? Друг или враг народа?

Сразу за дверью оказался вырубленный в скале коридор, слабо освещенный двумя факелами. Стены тянулись далеко вверх, так что от шагов Баариона разлеталось звонкое эхо. В конце коридор разделялся на две части.