Сердце владыки моря

Вспомнилась и холодная вода, и дрожь, сопровождавшая меня в моём побеге из подземелья, и амулет, а еще моя молитва Мананнану. Точно. Владыка моря.

Я подошла к борту корабля, крепко взявшись за него одной рукой, и, щурясь от летевших в лицо брызг, приложила другую руку к груди и обратилась к морскому божеству.

Глядя на то, как бушевали вокруг волны, как тучи заволакивали небо плотнее и плотнее, как исчезал из виду горизонт, место которого занимала сплошная иссиня-чёрная дымка, я шептала, обращаясь к владыке моря.

И вот заметила впереди какое-то мерцание, на секунду перед глазами потемнело, точно выключили свет, и мы оказались в фиолетовом пространстве обычной ясной эльфийской ночи, голубые звёзды смотрели на нас с чистого неба, а под нами ворчали небольшие волны, будто нехотя провожая откуда ни возьмись появившегося в их владениях «Стража». Мы прошли через крадущую арку, вот, оказывается, как это бывает.

– Получается, мы в южных морях?

Папа всё это время стоял рядом со мной, я чувствовала его сильное плечо.

– Наверное. Я никогда не бывал здесь. Вон там, смотри, вдалеке, – он показал рукой в сторону горизонта, и только теперь, приглядевшись, я заметила тёмные силуэты. – Южные острова, их очень много, и они повсюду, у многих даже нет своего названия, некоторые объединены в группы, другие стоят особняками, имеют своё правление, флот и так далее. Мои познания невелики, тем более за столько лет я уже многое подзабыл, но сейчас нам вряд ли нужны острова. Фоморы приходят из морских глубин.

Необычные существа. Одни из них выглядят как какие-нибудь орки, а другие похожи на людей и эльфов, но в то же время живут под водой. Удивительно.

– Да уж, – вздохнула я, всматриваясь в фиолетовую даль, – было бы удивительно, если бы не было так страшно.

Волны тем временем усилились, острова скрылись из виду за пеленой тумана, и я не заметила, как спину начало печь, сначала слегка, будто я перележала на солнце, а потом жжение усилилось настолько, что мне пришлось скинуть броню, оставшись в одной рубашке, и то и дело потряхивать её, прогоняя воздух между тканью и кожей.

Ветер тоже набрал скорость, и спине стало легче, но я не понимала, что происходит, потому что мы мчались и мчались, а окружали нас только волны и туман.

Туман, ну конечно, именно он и не позволил увидеть это раньше, чем мы влетели на поле боя.

– Мирослава, – позвал папа, потянув меня за локоть, – тебе лучше укрыться в трюме, и надень броню, дочка.