Смутные времена. Книга 8

У Силиверстовича. А вот Академик – гол как сокол и им еще встретиться там случайно нужно,– Ванюша тоже вздохнул горестно.

– Вань, а ты разве не можешь туда смотаться и как-то им помочь?– Михаил взглянул на Ванюшу с надеждой.

– Позвать меня для этого нужно, а они вряд ли сообразят, про "черного кобеля".

– Блин, ну как все нелепо складывается. Силиверстович с "Перуном", как-нибудь продержится неделю, а вот Федор Леонидович, при его менталитете интеллигентском, как есть пропадет. Срочно собираемся и вперед в Нижний Новгород.

Что там, в августе 1610-го происходит, Вань?

– Ничего особенного не происходит в Нижнем. Ополчение Минин с Пожарским будут собирать только в следующем году, а пока Москва присягнула королевичу Владиславу с условием, что он примет Православие, став русским царем. В Польшу, к королю Сигизмунду отправилась делегация бояр. Просят отпустить сына на условиях московских и вывести войска гетмана Жолкевского. Но Сигизмунду эти условия не нравятся. Он сам хочет венчаться на царство Московское и по обряду католическому.

Динамить будет целый год посольство московское. Тот еще был сукин сын. Потом пригласит все же в Краков наконец-то бояр и попов, да и посадит в подвал на хлеб и воду. В посольстве этом и папаня будущего царя-батюшки имел честь быть – митрополит Ростовский Филарет. Федор Никитович Романов-Захарьев в миру. Вот судьба у человека. И у Тушинского вора – / у Лжедмитрия -II-го / в Патриархах побывать успел и королевича Владислава готов был принять, а когда узнал, что его сына венчали на царство, то сидел в это время в плену.

– А мне это время совершенно не интересно. Ясно все ведь. Грозный откинул копыта и на трон сел его сынуля, которого Годунов моментально сделал своей марионеткой. Серый, блин, кардинал при царе-батюшке. Да еще Федор Иоаннович наследников не оставил после себя, вот и разгорелся сыр-бор. Войнушка эта гражданская, если бы не интервенция внешняя лет сто могла бы тянуться, пока Русь сама себя бы не изничтожила,– Сергей потянулся и спросил Михаила.

– Что ты там насчет шефства давеча бубнил. Я сквозь сон не понял. Мне значит Мерседес, а Анатолю, в качестве поводыря, тигра жалуешь Василия? Я согласен.

– Приснилось тебе про тигра Анатолю. Тигра Мерседес, а тебе фиг с маслом. Обойдемся как-нибудь. Время, видишь ли ему не нравится. А придется побегать по городам и весям. Иван вон засунул Силиверстовича с Леонидовичем к черту на кулички и как там они, одному Богу известно,– ответил ему Михаил.

– Найдем.