Легенда о Восставшем

Только она хотела пройти дальше, как вдруг кто-то свесился с потолка, уставив на девушку насмешливые карие глаза. Чанчи Шижирь, чёртова паучиха-цыганка. Первый год учится в ИШДОМС, а уже достала всех в классе.

Нэнси зарычала, демонстрируя свой оскал. Чанчи наклонила голову, но пропускать волчицу явно не хотела. Путь вперёд был перекрыт, путь назад загораживал Волкович.

«Отлично, вы сами напросились».

Ярость так переполняла её, что не стоило никаких усилий обратиться прямо здесь и сейчас. В прыжке она стремительно налетела на Чанчи, отчего та, не успев выпустить паутину, упала, поджав все восемь конечностей.

Сзади Нэнси чувствовала дыхание Волковича. Два оборотня сцепились в жестокой схватке. Нэнси была немного хитрее, чем Вил, и потому не брезговала применять запрещённые приёмчики, вроде укуса за лапу или подножки. Не забывая, конечно, прикрывать шею. Перевес был явно на стороне девушки. Она уже прижала Волковича к земле и трепала его ухо, а тот лишь жалобно поскуливал, как вдруг услышала за спиной оклик.

«Итхок. Вечно эти друиды всё портят».

***

Конечно же, классная руководительница привела её в кабинет директрисы, госпожи Соверейн. Нэнси уже не раз приходилось тут бывать.

Волчица села на обшарпанную скамейку, которую не мешало бы покрасить или вовсе заменить, и вдохнула терпкий аромат палочек-вонючек, которые так любила Зельда.

– Что мне с тобой делать, Оками?

Нэнси не отважилась посмотреть на ведьму и ответить на её вопрос. Насупившись, она продолжала изучать линии паркета под ногами.

– Хочешь взять академический отпуск?

Девушка не поверила своим ушам. Зельда предлагает академ!

– Зачем? – пожала она плечами.

Госпожа Соверейн мялась, словно не зная, как поделикатнее подступиться к вопросу.

– Какой срок?

Вместо ответа Нэнси лишь расстегнула пуговички безразмерного пальто, высвобождая округлившийся живот.

Зельда встала из-за стола и подошла к окну, оценивая состояние природы.

– Зима на носу. Тридцать вторая неделя примерно? – она повернулась вновь к Нэнси.

Вот теперь Нэнси готова была посмотреть на Зельду. Взглядом полным ненависти и боли.

– Ты хоть немного думала головой?

– Заткнитесь.

– Что?

– Заткнитесь и не смейте лезть в мою жизнь. Вы мне не мать, чтобы указывать, что мне делать и как жить.